Я же как заворожённый смотрел на раскалённый уголь, который загружали в специальную вертикальную печь. В цеху жуткая жара, слышатся матюги работников, где-то стучат молоты и прочие механизмы. В общем, обстановка самая рабочая. А мне нравится посещать производства. Неважно какие — металлургические заводы, лесопилки, верфи или ткацкие мануфактуры. Здесь кипит настоящая жизнь, которая в будущем обеспечит России экономическую независимость. Кстати, её мы потеряли при Петре.
Забавная получается ситуация. Страна вроде провела необходимые реформы армии, общественного устройства и промышленности. Но начавшаяся война вынудила первого императора отдавать иностранцам привилегии, то есть монопольное право на торговлю определёнными товарами или промыслы. Добавьте к этому повышение налогов, ставших напоминать откровенные поборы, что разоряло отечественных купцов и вредило промышленности. За счёт использования рабского труда крепостных, привязанных к заводам, как-то удавалось держаться на плаву. Но уже при Екатерине II страна подсела на голландский кредит. Ведь надо было воевать, развивать страну и гасить долги, наделанные сумасбродной Елизаветой Петровной. В итоге набрали столько займов, что пришлось отдавать их целый век. Какое тут развитие промышленности?
— Если надо, то Михаил будет искать верные способы и строить печи хоть десять лет. Твоя обязанность ему всячески помогать. Заодно отправь своего брата Ивана искать толковых изобретателей и мастеров. Я дам особую грамоту и выделю денег, сколько надо, — отвечаю тут же поклонившемуся начальнику цеха. — Сам знаешь, что за последние лет тридцать были открыты десятки заводов и не меньшее количество закрылось. Возьми вашу семью, ведь проект был отличным. Но где-то вы поторопились, да и власть не помогла. В итоге хорошее дело прикрыли. Не удивлюсь, что сейчас в России хватает токовых мастеров, которые либо занимаются кузнечным ремеслом, либо не могут реализовать свои задумки на обычных заводах. В нашем же деле главное — не наличие руды и даже денег, а люди. Вот и пройдитесь мелким гребнем в поисках толковых мастеров. Может, некоторые предложат любопытные идеи. Русский народ горазд на выдумку, только его редко поддерживают купцы и промышленники. Не удивлюсь, если мы здесь ещё какие-нибудь проекты запустим. Нам нужно удешевлять и облегчать процесс выплавки металлов. Значит, надо работать в этом направлении. Ещё подумай, как улучшить насос, который будет качать воду зимой. Колёса для мехов, подающих воздух в домну, должны работать круглогодично. Не мне тебя учить, всё с утра обсудили на совещании.
Василий снова поклонился и указал рукой в сторону кузнечного цеха. Я хотел посмотреть на новый механический молот, звуки ударов которого заглушали всё вокруг.
С семейством Тумашовых[1] мне откровенно повезло. В своём времени я и не слышал об этих промышленниках. Зато здесь, как только узнал, что столь ценные кадры занимаются мелочёвкой, то сразу перетянул всех братьев на государственный завод. Трое работают в Туле, а один отправился в Тагил помогать производить медь. Также Пётр Тумашов, находящийся сейчас на Урале, посвящён в серебряный проект, который будет помогать развивать. Поверьте, столь ценные кадры найти в России просто невозможно. Надо либо воспитывать свои, что долго, либо приглашать из Европы за безумные деньги.
— Не стой, как истукан, — говорю вошедшему и киваю на стул: — Садись, дело у нас сложное.
Наиболее приближённым людям и министрам я разрешаю послабления в этикете при посещении моего кабинета. Не люблю, когда человек мнётся стоя или нависает, пытаясь объяснить какую-то закорючку в документе.
— Твой брат выполнил поручение, даже сделал больше. По возращении Никиты оба получите дворянство и землю на юге. Также передам вам поместья, изъятые у бунтовщиков, расположенные ближе к Москве. Деньгами тоже не обижу.
— Государь! Да я! Мы ведь ради державы, а не наград! — вскочил взволнованный Гаврилов.
Машу ему рукой, чтобы садился, и открываю папку, принесённую главой разведки. Быстро пробегаюсь по тексту и киваю в знак одобрения:
— Значит, в трёх греках, согласившихся работать на нас, ты уверен, ещё двое под сомнением?
— Точно так, государь. Только с этими попами поди разбери. Я потому и приказал своим людям подойти к мелким сошкам. При этом все они занимают важные должности — секретари, писцы и один герменевт, то есть переводчик, — быстро ответил Иван и не удержался от вопроса: — Разреши спросить? Зачем ты высылаешь столько священников разом? Ведь это вобьёт огромный клин между константинопольским патриархатом и нашими иерархами. Не удивлюсь, если греки в ответ сразу вернут церковников, поехавших сверять священные книги. Да и сам разлад с греками выглядит непонятно. Они ведь наши братья во Христе и всегда помогали чем могли. А мы ещё в Крыму поступили с ними столь жестоко. Наши ссоры только на пользу магометанам.
