— Посмотри на ситуацию с другой стороны. На протяжении многих лет Минфин работал в жёстких условиях экономии и находил пути там, где их вроде нет. Вы сделали отличную работу и готовы к шагу наверх. Ты ведь изучал историю Испании. Избыток серебра и золота может стать большим вредом, чем их недостаток, — вижу, брат потихоньку успокаивается, — Я верю, что ты учтёшь ошибки других стран. И мы не торопимся, будем действовать поступательно. Это касается банковской сети и добычи золота. От тебя и Лихачёва требуется подготовить детальный проект на несколько лет. Как я уже говорил, начнём с Персии. Завтра секретарь передаст вам ожидаемые объёмы добычи золота. Будете выстраивать стратегию, исходя из этих данных. Но не забывай про удешевление медной монеты. Для страны это гораздо важнее.
Мы ещё минут десять обсуждали детали. Когда брат ушёл, я развалился в кресле и ещё раз обдумал ситуацию. Понятно, что во главе всех моих инициатив лежит желание бросить больше ресурсов на войну и задавить осман. Для начала хотя бы обезопасить завоёванные территории. Дальше будем действовать по плану.
[1] Медный бунт — восстание городских низов против повышения налогов и выпуска обесценившихся медных монет, произошедшее в Москве 25 июля 1662 года. Избыточный выпуск необеспеченных (номинал многократно превышает рыночную стоимость содержащегося в монете металла) медных денег привёл к их значительному обесцениванию в сравнении с серебряными. Через год после бунта чеканка медных монет была прекращена. Как и Соляной бунт, Медный бунт был в основном выступлением бедноты против неудачной политики первых Романовых и конкретно правительства Алексея Михайловича.
[2] Договор Метуэна, или Метуэнский договор — торговое соглашение, заключённое в разгар Войны за испанское наследство двумя давними союзниками — Англией и Португалией. Заключён 27 декабря 1703 года в Лиссабоне. Получил своё название по имени лорда Метуэна, английского посланника в Португалии, подписавшего договор.
Договор Метуэна являлся дополнением к Лиссабонскому договору 1703 года. Англия получала право ввозить беспошлинно в Португалию свои шерстяные изделия, что ранее не позволялось никаким государствам. В обмен на это Португалия получала право ввозить в Англию свои вина на льготных условиях (скидка пошлины на ⅓ по сравнению с пошлиной, взимавшейся с французских вин). Предоставленные Англии преимущества позволили последней в короткий срок овладеть почти всей торговлей Португалии (уже к 1775 году торговля Англии с Лиссабоном в 2,5 раза превышала торговлю с этим портом всех других стран, вместе взятых) и вместе с тем подавить развитие местной промышленности, что обусловило экономическую, а затем и политическую зависимость Португалии от Англии, продлившуюся вплоть до мировых войн, несмотря на то, что в 1836 году Метуэнский договор был формально отменен. По оценке португальского историка Лимы:
«За несколько бочек вина Португалия… переложила из своего кармана в карман негоциантов Лондона и Ливерпуля свыше 2 млрд фр.»
Договор стал переломным событием в истории португальского виноделия. Многие негоцианты с Британских островов закрепились в Порту и занялись производством десертных креплёных вин, ставших известных в Европе под названием портвейна.
Это когда-нибудь закончится? Почему люди не хотят спокойно жить? Неужели им мало просто работать, растить детей, с оптимизмом смотреть в будущее? Я ведь обеспечил в этом времени фактически невозможное — безопасность. Речь не об обычном криминале, который процветал на большей части страны, или татарских набегах. Злой и кровавый царь Фёдор, которого так называют недовольные бояре с попами, дал простому народу защиту от произвола властей. Пусть мне и пришлось хорошенько замарать руки в крови. Но вы вряд ли встретите в Европе государств, где регулярно снижают налоги, а чиновники практически не берут взятки. Добавьте к этому начавшие работать губернские суды, получившие немало полномочий, и вырисовывается весьма приятная картина. В первую очередь для простого человека, конечно.
Привилегированное сословие как раз недовольно лишением их права наказывать и судить собственных крестьян или считать себя высшей кастой. Дворянство сохранило свои вольности и первоочередную возможность на получение любой государственной должности. А в офицерском корпусе, включая полицию, неродовитых можно пересчитать по пальцам.
Однако знати пришлось соблюдать, установленные мной правила. Раньше даже строгость российских законов не останавливала мздоимцев и самодуров. Сейчас человек пять раз оглянется и десять раз подумает, прежде чем идти на нарушение закона. О тяжёлых преступлениях лучше не говорить. С этой категорией нарушителей вообще не церемонятся. Семьи воров тоже попадают под пресс правосудия, лишаясь имущества и права, занимать многие должности. Знаете ли, такой подход неслабо отрезвляет даже самых неадекватных. Я не могу лишить князя титула, зато в состоянии обеспечить опалу и забвение его роду. Для большинства аристократов такая ситуация хуже смерти.
