– Битва за город между повстанцами и АВП, может, и закончилась, но для полиции все только начинается, – сказал Лось. – Я рад, что ты со мной, чувак. Может, я смогу убедить лейтенанта назначить тебя моим новым напарником.
Дом взглянул на него:
– А что случилось со старым?
– Его убили на третий… – Он печально покачал головой. – Убили на третий день его патрулирования. Он был нашего возраста, чувак. Его звали Скип.
– Ого, – проговорил Дом, не зная, что еще сказать. Он чувствовал, как ветер просачивается сквозь дыры от пуль – тех, что пробили дверь и тело Скипа.
Дом покрепче затянул бронежилет.
На приборной панели затрещало радио, и салон заполнил голос диспетчера.
«Два сорок пять, вооруженное нападение. Несколько подозреваемых, запрос подкрепления. Любой доступный наряд».
– Одиннадцать-шестнадцать, – сказал Лось. – Через восемь минут.
Он поставил рацию на место.
– Спокойной ночи, – сказал он со вздохом.
Он включил стробоскоп и под вой сирены проскочил четырехсторонний знак «стоп». Машины на светофоре подождали, пока полицейский патруль проедет мимо.
Лось свернул на северо-восток, на шестьсот пятое шоссе – в сторону Индастри и Маунт-Болди. Вдоль шоссе тянулись заборы и палисадники, окружавшие дорогие дома. Многие были брошены или заняты бродягами.
– Банды покинули старые места обитания и переехали сюда, – пояснил Лось.
Вдоль жилых кварталов были припаркованы десятки патрульных машин. Еще несколько стояли на перекрестке. Лось расстегнул кобуру.
– Черт. Похоже, мы опаздываем на вечеринку. Не отставай, Дом, – сказал Лось.
Доминик выбрался из машины, пытаясь осознать, что это и есть мир, в котором они теперь жили. Мир, где его лучший друг спокойно рассказывал о насилии и убийствах ради батончика мюсли.
Здесь, казалось, была бандитская перестрелка. На дороге валялись распростертые тела. Еще одно свисало из изрешеченной пулями машины.
– У нас один живой! – крикнул коп и открыл заднюю дверь черного внедорожника.
Полицейский отступил, держа дробовик нацеленным на заднее сиденье. Лось выхватил пистолет и жестом показал Дому держаться сзади.
Полицейские заковали подозреваемого в наручники и уложили ничком на асфальт. Он не был похож на бандита – крепкий парень в дорогом костюме, остроносых туфлях и с зачесанными назад волосами, которые не растрепались даже когда его швырнули на землю. Увидев темное пятно на костюме, Доминик понял, что он был ранен в перестрелке.
– Чисто, – сказал другой полицейский.
Один из погибших товарищей раненого все еще сидел на переднем сиденье, прислонившись головой к окну. Остальные две машины – побитые пикапы – врезались во внедорожник на перекрестке, очевидно, напав из засады.
В них виднелось несколько тел. Судя по одежде, бритым головами и татуировкам, они были из «Нортеньос».
– Ладно, поехали отсюда, чувак, – сказал Лось. – Они справятся.
– Кто эти люди?
– «МС-13» или типа того, но не знаю насчет парня в крутых туфлях. Он ругался по-итальянски, когда мы его нашли. По крайней мере, мне кажется, что это был итальянский.
Дом проследил за тем, как парамедики уложили раненого на носилки и погрузили в машину скорой помощи. Ему еще повезло, что его взялись лечить. Судя по опыту Доминика, бригады медиков, как правило, приезжали после того, как жертвы умирали от потери крови.
Они сели в машину, и Лось предложил:
– Можем немного развеяться. Хочешь увидеть Лос-Анджелес будущего? Это недалеко.
Они поехали по шоссе на северо-восток, в сторону Маунт-Болди.
– Света нет, вода отравлена, беженцы прут со всех сторон, – сказал Лось. – Но у мэра и городского совета, как мне сказали, есть план.
Они ехали через Индастри, когда на горизонте сверкнули прожекторы. Пыхтение и грохот дизельных двигателей становились все громче, и когда патрульная машина въехала на следующий холм, Дом увидел, откуда шел свет и звуки. Десятки промышленных машин работали даже в столь поздний час.
– Что они делают? – спросил Доминик, мало что видевший сквозь растрескавшееся лобовое стекло.
Лось остановился на вершине холма, откуда открывался вид на восточную часть округа Лос-Анджелес. Они выбрались из машины и подошли к обрыву, чтобы рассмотреть, что происходит.
– Они что?..
– Строят здоровенную стену, чувак.
Дом недоуменно сдвинул брови:
– Но треть города – на другой стороне.
– Угу. – Лось сложил мускулистые руки на груди. – Город готовится объявить эвакуацию. Жителям велят перебраться в лагеря беженцев в пределах новых границ. Стена будет всего двадцать пять миль в длину – от гор над Сан-Димас до Чино, – и тогда всем пешеходам и транспорту придется добираться до города самыми охраняемыми маршрутами. И мы будем обеспечивать порядок.
Вдалеке кран опускал грузовой контейнер на штабель, пока бульдозеры лязгали кузовами машин, складывая из них стену металла.
– Мы поможем спасти то, что осталось от Лос-Анджелеса, – заявил Лось. Он хлопнул Дома по плечу. – Я рад, что ты со мной, брат. Из тебя выйдет охрененный коп.
