— И ты видел, как они вошли в рощу?
— Да. Ты что, рад этому?
— Знаю, это звучит странно. Когда Сартол сказал мне то же самое, я пришел в ужас. Но по мере того как я начал подозревать его, у меня возникла мысль, что он сам убил их и пытается отговориться.
Оррис покачал головой:
— Не знаю, уцелели ли они после встречи с Тероном, но уж Сартолу в руки точно не дались.
— Как и ты.
Оррис вскинул голову, но в тоне Магистра не было ничего напоминающего обвинение.
— Да, — просто ответил он. — С трудом. Он легко отбил мой огонь и едва не задавил меня своей силой. Он на удивление могуч, Баден. Такого я еще не встречал.
— О тебе он сказал то же самое.
— И что он еще сказал?
Баден помолчал, но недолго.
— В общем, он рассказал нам с Транном то же самое, только, по его версии, за Джаридом и Элайной гнался ты. Он вроде пытался остановить тебя, но ты оказался куда сильнее, чем он предполагал. Ты чуть не убил его. А еще у него была рана над глазом и ожог на ноге.
— Поцарапал его Пордат, а вот откуда ожог, я не знаю. Во всяком случае, я тут ни при чем. Может, это он сам.
— Не исключено. Тогда-то все выглядело вполне убедительно. Впрочем, его раны были не серьезнее твоих. — Он оглядел плечо и бок Орриса. — А почему ты... Ох, Оррис, извини меня, я должен был сразу понять. Сартол... убил твою птицу?
— Его сова, — с видимым усилием ответил Оррис. Он словно пришел в себя и оказался совсем беззащитным. Он не мог смотреть Бадену в глаза.
— Когда Анла вернется, можно я вылечу твои раны? — с сочувствием спросил Баден.
— Посмотрим. Они сами заживают, а у нас и без того хватает проблем.
Баден хотел было возразить, но не стал.
— Хорошо. Наверное, ты хочешь меня о чем-то спросить?
— Да. Я видел, как вы с Транном беседовали с Сартолом после моей стычки с ним, и казалось, что вы все в сговоре. А потом вы пошли строить погребальные костры для Джессамин и Передура, а Транн остался один...
— И ты решил, что мы с Сартолом в сговоре, а ритуал — это для того, чтобы обмануть Транна?
— В общем, да. Я решил, что вы поскакали на север, чтобы взять в свои руки власть над Орденом; у Сартола имеются большие возможности стать Премудрым.
— Знаю. Он предлагал мне стать его помощником, и это бы лишь подтвердило твои подозрения.
— И ты согласился?
— Я вообще ничего не ответил.
— Если бы ты стал его правой рукой, Сартол мог бы вообще наплевать на меня. Тебе доверяют все группировки внутри Ордена, и твое присутствие защитило бы Сартола от всяческих подозрений.
— Думаешь, поэтому он мне и предложил...
— Очень возможно. Помощник из тебя вышел бы превосходный.
— Но я к этому отнюдь не стремлюсь.
— Премудрый или никто, не так ли?
Баден усмехнулся:
— Уверяю тебя, я и без того доволен своей долей и отнюдь не стремлюсь к власти.
— Вот именно поэтому, в числе прочего, ты и нужен Сартолу. Более амбициозный помощник невыгоден.
— Возможно. Но, думаю, планы Сартола не ограничиваются захватом власти над Орденом.
— О чем это ты?
Магистр замялся, и это вызвало у Орриса улыбку.
— Ах да, — сказал маг со значением, — мы же еще не доверяем друг другу! Это несколько осложняет наше положение.
Они оба умолкли, погрузившись в собственные мысли. Наконец Баден прервал молчание:
— Мы зашли в тупик, и немного доверия друг к другу нам не помешает. В последнее время у меня возникало все больше подозрений относительно рассказа Сартола, а сегодня он вообще совершил нечто очень странное.
— Убил этих незнакомцев?
— Ты что, все видел?
— Да, мне показалось, что один из них хочет заговорить с Сартолом. Он его явно узнал.
— Согласен. У этих людей мы могли бы выведать многое, — например, почему Сартолу было важно убить их. — Глаза Бадена сузились. — Раз ты все это видел, то наверняка заметил, что гибель птиц не повлияла на их силы.
— Да, — мрачно сказал Оррис.
— И что ты об этом думаешь?
Оррис глубоко вздохнул:
— Это более сложный вопрос, чем ты думаешь, Баден. Когда тебя увели в тюрьму, мне удалось осмотреть их оружие и птиц. — Он умолк, не зная, как продолжить.
— И?
— Это все ненастоящее!
— Не понял.
— Я тоже. Даже не знаю, как все это описать тебе. — Он нетерпеливо теребил бороду. Баден пристально смотрел на него и был мертвенно-бледен. Ты здорово потрепал птиц, но крови не было. У них не оказалось перьев и костей — это какие-то странные механизмы из неизвестных материалов, легких, гибких и очень прочных. Когти и клювы у них металлические, и даже глаза ненастоящие. Вот такие. — Он достал золотой глаз и положил его в протянутую ладонь Бадена.
Магистр смотрел изумленно.
— Это глаз? — спросил он шепотом.
— Именно. Он выскочил, когда это создание ударилось оземь.
— Неудивительно, что Джарид не смог описать глаза птицы, которая ему привиделась. То, что он увидел, должно было выглядеть абсолютно противоестественно. — Он помотал головой, словно пробуждаясь ото сна, и вернул глаз Оррису. — И что, цериллы тоже были ненастоящие?
— Да. Посохи — из того же материала, что и птицы, и там какое-то приспособление вроде маленького квадратика. Если нажать на него, из камня вырывается огонь.
