— Теперь понятно. — Баден долго смотрел в землю, потом снова обратился к коллеге: — Но как такое возможно? — В голосе его послышался страх. — Кто мог создать такие вещи?
— Никто в Тобин-Сере.
— Чужеземцы?!
— Иного быть не может.
— Чужеземцы... — Казалось, само слово звучит странно для Бадена. Он вздохнул: — Уж лучше бы и вправду это были предатели. Не знаешь, откуда они могут быть?
— Есть одна идея, — признался Оррис. — Но не более.
И он рассказал Бадену о своем разговоре с Кробом.
— Слишком уж много совпадений, — заключил он.
— Лон-Сер, — прошептал Баден. — Это дурные вести, Оррис. А другие улики, кроме птичьего глаза, у тебя есть?
— Нет. Я боялся взять больше, чтобы не вызвать подозрений у Сартола.
— И все это до сих пор лежит на улице?
— Нет. Сартол все забрал. Думаю, он хочет все это уничтожить.
Баден направился в Излучину.
— Нам нужны другие доказательства — хотя бы одна из птиц!
Оррис догнал его и схватил за руку:
— Нельзя, Баден! Он заметит! Он поймет, что я здесь, а ты сбежал!
— Но глаза не хватит, чтобы убедить остальных!
— Тебя же я убедил!
— Да, но только потому, что я сам видел все остальное. У Сартола есть свидетели, которые заявят, что я пытался спасти тех двоих. Нам нужно что-нибудь столь же убедительное.
Оррис не знал, что и ответить. Баден был прав.
И вдруг Магистр взглянул в ночное небо.
— Анла! — позвал он вслух. И тут же круглоголовая сова выплыла из темноты и села ему на плечо. Он погладил птицу и решительно взглянул на коллегу:
— Пойдешь со мной?
— Ну хорошо, — нехотя согласился Оррис. — Возьмем одну из птиц. Но сделает ли это нас союзниками?
Магистр долго смотрел на Орриса, потом произнес:
— Несомненно. — Он провел рукой по волосам. — Мы не очень-то ладили, верно? Ты думаешь, что я слишком самодоволен, а на мой вкус — ты слишком вспыльчив и нетерпим. Но нельзя, чтобы это отвлекало нас от более важных вещей. Тобин-Серу угрожает серьезная опасность, и ты правильно сказал на Собрании, что Орден стал слаб и пассивен. Если мы ожидаем, чтобы все члены Ордена действовали как один, надо отложить в сторону личные претензии. Нас с тобой объединяет дружба с Транном. Он доверяет тебе и уважает; он сохранил веру в тебя даже после обвинений, выдвинутых Сартолом. Во всей стране для меня нет никого важнее Транна и Джарида, и, если он столь высокого мнения о тебе, тому должна быть причина. — Он перевел взгляд на опустошенное поселение. — Сартола надо остановить, и, похоже, сделать это выпало нам с тобой.
Оррис мрачно усмехнулся:
— Это доставит мне большее удовольствие, чем ты думаешь. — Он немного успокоился. — Даже когда я думал, что вы с Сартолом в сговоре, ваша с Транном дружба удерживала меня. Я его очень уважаю и рад, что он верит в меня, даже вопреки навету Сартола. И если ты вместе со мной сразишься с изменником, я с радостью признаю, что ошибся в тебе.
Баден с явным облегчением улыбнулся. Но тут оба они услышали тревожные крики.
— Не нравится мне это! — сказал Баден, садясь на траву.
— Должно быть, кто-то нашел стражей. — Оррис тоже сел и прикрыл церилл. — Скоро они отправятся искать нас.
— Кулак божий! Нам нужна одна из этих птиц! — Баден покачал головой. Как они это обнаружили? Кто там зашел в тюрьму?
И тут, словно в ответ на его вопрос, по степи прогрохотали копыта коня. Выглянув из высокой травы, маги увидели, как в ночи быстро исчезает бледно-желтый церилл.
— Сартол! — сказал Оррис. — Не думал, что он ускачет до рассвета.
Но Баден кивнул:
— Конечно, мне следовало это предвидеть. Он не мог рискнуть и оставить меня на всю ночь. Я же мог убедить стражей в том, что он лжет, а может, он знал, что я сбегу. Он должен был убить меня этой ночью. — Магистр сделал паузу и ухмыльнулся. — Ты спас мне жизнь. Спасибо. — Он снова посмотрел на север, и глаза его были мрачны. — У Сартола есть все: птицы и оружие чужеземцев, посохи Премудрой и ее помощника и целая деревня свидетелей, убежденных в моем предательстве. — Он невесело усмехнулся: — У него даже мой церилл.
— И что теперь, Баден? — тихо спросил Оррис, не сводя глаз с бледно-желтого огонька.
— Не знаю. Возможностей у нас немного. — Баден не сказал больше ничего, но Оррис и так все понял. Один из них потерял птицу, другой посох. Даже пустись они в погоню, им не удалось бы остановить Сартола.
— Может, он чего-то не учел, — сказал Оррис, снова глядя на Излучину. — Какое-нибудь свидетельство, улику...
— Может быть. Но ты же сам сказал, что они нас ищут.
И тут же донеслись голоса и показалась толпа, движущаяся прямо на них. Люди несли факелы и были вооружены.
Оба мага пригнулись еще ниже, и Оррис беспокойно посмотрел на своего коня. Жители деревни должны были вскоре заметить животное.
— Что делать теперь? — прошептал он.
— Не знаю. Ты меня спрашиваешь?
— Прекрасно! Значит, думать буду я. — Он немного поразмыслил. — Может, нам стоит вернуться в деревню и еще раз обыскать улицу? Баден покачал головой:
— Откуда ты знаешь, что там никого нет?
— Вот поэтому я тебя и спрашиваю!
Баден рассмеялся:
— Да, ты прав. Пошли-ка обратно в деревню.
