— Ответ на твой вопрос потребует сказать о слепоте Ордена в большей степени, чем я способен. Вспомни о чужих берегах. Когда я был молод, как ты, Орден мог позволить себе ограничиться одною страной. Но мир изменился, даже если Тобин-Сер остался прежним. Вы рискуете, забывая об этих изменениях.
— Ты хочешь сказать, — вырвалось у Джарида, — что на Тобин-Сер нападают чужестранцы?
Терон долго смотрел на него и наконец кивнул.
Потрясенный, Джарид отошел от дерева и посмотрел на другой берег озера. Рябь от водопада мягко распространялась по поверхности, отражая мерцание звезд. Джарид помотал головой, не веря своим ушам. Это еще не приходило ему в голову. Терон был совершенно прав. Хотелось спросить Магистра, откуда эти чужестранцы: Абборидж? Лон-Сер? А может, имя этой страны Джарид и не слыхал? Но он был уверен, что Терон ничего более определенного не скажет, по крайней мере сейчас. Он снова повернулся к Магистру:
— Зачем им это? Что им нужно от нас?
Призрак покачал головой:
— Не знаю. Но даже если бы знал, думаю, вы сами должны это понять. Но вот что я вам скажу: их тактика изобличает их слабость. Нарушьте их планы, и вы спасетесь.
Молодые маги переглянулись. Они были ошарашены.
— Мы не понимаем, — сказал Джарид. — Что нам до их тактики?
— Надо над этим поразмыслить, — таинственно ответил Магистр.
Все трое умолкли. Джарид подумал: есть какая-то ирония в том, что у него было так много вопросов и вот теперь Терон хочет говорить, а он не помнит ни одного из них.
— Ты сказал, наши друзья ушли, — сказала наконец Элайна. — Они возвращаются в Ам... в Великий Зал?
— Я не сказал, что все ушли. Только предатель. Еще один остался.
— Кто?
— Не знаю его имени. Смуглый, с коричневой птицей.
— Транн! — сообразил Джарид.— Это друг, — пояснил он Терону.
— Откуда мы это знаем? — спросила Элайна.
— Но это же Транн. Баден столько лет знает его.
— Несколько дней назад я была так же уверена в Сартоле. Ни в чем нельзя быть уверенным, Джарид,
— Почему же? Терон, мы ведь можем доверять Транну?
Магистр развел руками:
— Я не могу читать в людских сердцах. Я знаю предателя, потому что видел, как он... кое-что сделал. Но о другом человеке я не знаю ничего. По крайней мере, не видел, чтобы он делал что-то, что можно расценить как предательство. Элайна, не позволяй чьей-то лжи разрушить твою дружбу с другими. Вдвоем этот бой не выдержать; доверять другим людям просто придется.
Элайна кивнула. Потом она повернулась к Джариду, который внимательно глядел на нее.
— Хорошо, — выдохнула она, — мы найдем его утром. Но все равно будем осторожны.
— Разумно, — согласился Джарид.
Элайна снова обратилась к Магистру:
— А ты видел других магов, кроме Сартола, которые...
— Нет, я видел только одного предателя.
— Тогда, возможно, — сказал Джарид, — Магистр, ты можешь помочь объяснить сон, который я как-то видел перед одним из нападений. — Он посмотрел на голубой церилл так, словно мог повторить сон. — Я видел человека и сначала подумал, что это маг, хотя теперь не уверен в этом. Лица его я не видел. Он был в зеленом плаще, с кроваво-красным цериллом и огромным черным ястребом. Он протянул мне черное перо, и, когда я дотронулся до него, оно сгорело.
— А ты больше ничего не помнишь? Например, глаза птицы?
— Ты ведь тоже его видел, да?
Магистр не ответил.
— Ты видел глаза птицы? — настаивал он.
— Помню, они были странные, но описать их не смогу. Они были просто другие. Магистр,, ты тоже его видел?
— Да, — признал Терон. — И не раз. Я... видел не одного.
— Сколько? — спросила Элайна.
— Обычно их было по двое или трое, но раз или два я видел сразу шестнадцать.
— Шестнадцать! — вырвалось у Джарида.
— Один из них точно погиб, но остальные бродят по стране.
— Как погиб?
— Этого я не видел.
— А что ты знаешь о глазах птицы? — спросила Элайна. — Что ты хотел заставить вспомнить Джарида?
Магистр снова заколебался:
— По правде, не знаю. Я видел то же, что и твой друг, и заметил, что у птицы странные глаза, но не
понял, что это значит.
— Но ведь ты что-то знаешь!
— Предполагаю. Но я еще не готов об этом рассказать.
Она посмотрела ему в глаза и отвернулась. Наступило молчание. Шум водопада разносился над озером, легкий ветер шуршал в листве.
— Я не передумаю, — сказал Терон тоном, исключающим возможность уступки, — по причинам, которые вы уже знаете. Вы, возможно, сочли, что это каприз, и совершенно зря. Просто я помогаю вам на определенных условиях. Если они вас не устраивают, можете уходить.
— Мы согласны, Магистр, — сказала Элайна. — Извини, если я тебя обидела.
— Ты меня не обижала, — сказал он, отрицательно помотав головой.
— Так вот, — решительно сказал Джарид, — люди, которых мы видели, чужеземцы?
— Да.
— И ты сказал, что их тактика изобличает их слабость?
— Да. — Терон яростно усмехнулся при воспоминании.
Джарид повернулся к Элайне:
— Они маскируются под магов, пытаясь бросить тень на доброе имя Ордена, а стало быть, не станут сражаться с нами в открытую.
— Они маги? — спросила она.
— Нет... в нашем смысле, — таинственно ответил Терон.
Элайна нахмурилась:
— А их средства могут сравниться с Волшебной Силой?
