— Ты и правда, Мирон, подбирал бы сравнения, — нахмурилась Сашенька. — И вообще, если принять твою теорию, то эта реальность нас может и не погубит вовсе, а просто выкинет из себя, отторгнет. И мы всего лишь окажемся дома.
— Да чушь это все! — не выдержал Брок и вновь повернулся к собеседникам. — Ты кто такой, вообще? Великий физиолог? Нобелевский лауреат по физике параллельных вселенных?
— Я — сыщик, — гордо вскинул голову Мирон.
— Так и не лезь тогда в чужой огород. Не пугай девушек. Вон, Сашенька уже бледная вся.
Девушка и впрямь побледнела. Брок даже догадывался, почему. Ведь если этот юный теоретик прав, то вместе с ним ей никогда не быть. Ни в этом мире, ни в том. С одной стороны, это сыщика, конечно, устраивало. Но с другой — ему было очень жалко дочь. Поэтому он решил ее чуть-чуть успокоить.
— Ты вообще, — продолжил Брок, буравя юношу взглядом, — ахинею несешь, если подумать. Тебя послушать, так миры эти — вообще живые. И лейкоциты у них, и то, се, понимаешь!.. С инородными телами они борются, видите ли! Так они у тебя скоро и вовсе хрюкать начнут. А миры не могут быть живыми. Не мо-гут! Не бывает такого. Антинаучно это потому что. На самом-то деле знаешь, почему с нами такое происходит?
— Нет, — мотнул головой Мирон, хоть вопрос сыщика и был в общем-то риторическим.
— Нет? — будто бы удивился Брок. — А я думал, ты все у нас знаешь. Всезнайка эдакий. Ну да ладно, поучу немного, так сказать. Мне можно, я жизнь видел. Во всех, если можно так выразиться, ее проявлениях.
— Ой, папа, — встряла Сашенька, — где ты ее видел-то? Из окна конторы?
— А ну, цыть! — насупился Брок. — Ишь, привычку взяла — старших перебивать. Да еще отца родного!
— А неродного можно? — не удержалась Саша.
— Можно, — смилостивился Брок. — Вот помру от такого ко мне отношения, похороните меня с мамой, она выйдет замуж за чужого дядю — тогда и перебивай его, сколько влезет.
— Ну ты, папа, и дура-а-ак!.. — покачала головой Сашенька. — На тебе точно иная реальность отыграться решила. По полной программе.
— Я сказал — цыть! — вдарил кулаком по коленке сыщик. — Ни на ком ничего не отыгрывается. Реальность — это даже не вещь. Это понятие. Условная, так сказать, субстанция. А вот измерения разные существуют. Раз уж мы здесь. Против очевидного я идти не собираюсь. И не уговаривай даже.
— Да я как бы и не…
— Цыть! — в очередной раз осадил дочку сыщик. — И слушай внимательно, пока папа жив. — Тут Брок шмыгнул носом, но не дал чувствам разыграться и продолжил: — И ты, помощничек, слушай. Значит, что мы имеем, так сказать, в действительности? Мы — тут. Это очевидно. Тут — это не там. И это, к сожалению, тоже очевидно. Или не к сожалению, данный вопрос спорный и, признаю, вполне даже субъективный. Для меня — больше «к сожалению»; для тебя, — ткнул он пальцем в сторону Мирона, — скорее «к счастью». Для Саши — пока не знаю.
— К счастью, — быстро пролепетала Сашенька и слегка зарделась.
— Ну, пусть так, — разрешил Брок. — Вот и получается, что параллельные миры существуют, хоть наукой это пока не доказано. Зато доказано нами. На практике, прошу отметить, доказано! — поднял он палец. — Так что никакие это не чудеса.
— А никто и не говорит про чудеса, — пожала плечами Саша.
— Вот пусть и не вздумает. А то — ишь!.. Чуть что не так, сразу в голос: чудо, чудо! Тьфу!..
— Ты, папочка, по сути, ага?
— А я и так по сути. Подошел, так сказать, к самой к ней. Параллельный мир есть. Мы тоже. Причем — в нем. Значит, мы как-то в него перешли. Технику этого перехода мы объяснить пока не можем, да никто этого от нас и не требует. Но ведь такой переход — это вам не хухры-мухры! Это не за хлебушком в булочную сбегать. Я бы даже сказал, это не на Луну слетать! А ведь даже элементарный космический полет вокруг земного шарика — и то чудовищный стресс для организма. А тут — ну-ка! — переход черт-те куда, в иное измерение!.. Да конечно же, организмы наши затрещали по швам! Только мы этого не заметили в обычных, так сказать, ощущениях. А подсознание это все зафиксировало. И нервная система в целом. Вот и засбоила, выражаясь компьютерным языком. Но!.. — сыщик вновь поднял палец. — Человеческая природа такова, что мы умеем быстро ко всему приспосабливаться. Или, говоря по-научному, адаптироваться. Поэтому, думаю, скоро все эти неприятные явления пройдут. И никто нас не погубит и никуда не отторгнет. Если вы, конечно, будете меня слушаться и не полезете куда не следует.
— А куда не следует? — ехидно улыбнулась Сашенька, тряхнув белой гривкой. Судя по всему, отцовская лекция и впрямь ее успокоила.
— Много куда, — вздохнул сыщик. — Во-первых, туда, куда не рекомендуют всевозможные правила техники безопасности. Например, в трансформаторную будку, в рабочую зону реактора, под стрелу…
— Под какую стрелу? — заморгал Мирон. — У нас, простите, не средние века.
