— Олег. Хотя я привык, чтобы меня называли Брок.
— Аналогично. Но тогда, прошу меня извинить, я ничего не понимаю. Мы — Олеги… В смысле — Броки. Он — Мирон. Она — Саша…
— Очень приятно, — поклонился девушке Брок-два, на что та ответила книксеном и еще раз блеснула фотовспышкой.
— Не отвлекайся, — буркнул первый сыщик. — Так где же, в таком случае, твой Николай? Тем более — третий. Где, в таком случае, первые два?
— Тише ты! — заозирался местный сыщик. — Ты что несешь? Ты вообще, часом, не из этих?.. — прищурился он. — Не из антимонархистов? Или… боюсь даже продолжать… А то ведь, смотри, я не потерплю, как говорится!..
— Папа, это он про царя, — подсказала Сашенька, указав взглядом на красочную фотографию видного мужчины в мундире с позументами, висевшую на стене.
— Спокойно! — поднял Брок руки. — Я уже понял. — И, сложив домиком брови, приложил ладонь к сердцу: — Приношу свои извинения. За оскорбление, так сказать, верноподданнических чувств. Я просто забыл. Бывает, знаешь ли.
— Забыл имя Государя?.. — заморгал Брок-два. — Ну, знаешь ли!..
— Тьфу ты!.. Ты ведь так еще ничего и не понял… А ну-ка, присядь. Рассказ долгим будет. Кстати… — сыщик смущенно отвел глаза, — а ты ведь тоже рассказиками балуешься?
— А ты откуда знаешь? — порозовел местный Брок.
— Догадался. Ладно, об этом мы позже поговорим. А пока слушай…
Сыщик номер один снял пальто и шапку, сел в кресло для посетителей, дождался, пока рассядутся остальные и начал повествование.
На протяжении пересказа Броком событий двух последних дней (даже полутора, с учетом, что текущий был еще в самом разгаре), местный сыщик постоянно вскакивал, принимался ходить взад-вперед по кабинету, подпрыгивал, хватался за голову, даже рычал и постанывал, но так почему-то ни разу и не прервал своего параллельного «брата». Тому в итоге даже стало немного обидно.
— Ты чего так спокойно реагируешь? Не веришь мне, что ли?
— Конечно нет, — рухнул обессиленный Брок-два в кресло. — Чудес, знаешь ли, не бывает.
— Знаю, — обрадованно закивал сыщик номер один. — Ты не поверишь, как приятно встретить единомышленника! Но, должен тебя огорчить, в данном случае все, что я тебе рассказал, правда. Можешь, кстати, спросить у своего работника. Или у моей дочери.
— Вот! — снова вскочил Брок-два и торжествующе затряс пальцем. — Вот я тебя и поймал!
— Так-так-так-тааак… — заинтересованно подался вперед Брок-раз. — На чем же? А ну-ткать?..
— На дочери, — прищурился местный сыщик. — Параллельные измерения, изгибы пространства-времени, то, се, — покрутил он ладонью в воздухе, — это я еще допускаю. То есть, наука допускает подобные теории. Но никакая теория, а уж тем более, должен заметить, практика ни в коей мере не может допустить наличие у меня взрослой дочери. Детской, впрочем, тоже.
— Это у тебя не может! — затряс в ответ первый сыщик пальцем и тоже, не сдержавшись, вскочил. — Потому что у тебя Иришечки нет. А я здесь как раз по этому поводу, между прочим.
— По какому еще этому? — нахмурился Брок-два.
— Будем Ирину искать.
— Твою жену? — припомнил реалии недавнего рассказа местный сыщик. — Она тоже перешла в наше измерение?
— Не перешла, успокойся. И мы будем искать не мою, а твою жену.
— У меня, слава богу, нет никакой жены.
— А в чем, по-твоему, заключался бы смысл поисков, если бы она у тебя была?
Брок-два глубоко задумался. Растерянно глянул на «близнеца». Перевел взгляд на Сашеньку. Та тут же его сфотографировала.
— Ты знаешь, в твоих словах что-то есть… Искать и без того имеющееся — пожалуй что глупо. Ты прав.
— Вот именно! Потому мы будем искать то, чего у тебя нет. А именно — жену. Но не просто жену — какую ни попадя, а Иру. Ирусика, Иришечку!.. — Брок мечтательно закатил подозрительно заблестевшие глаза. — Если бы ты только знал, какая она!..
— А это и правда твоя дочь? — склонившись к дублю, шепнул второй сыщик.
— Угу, — кивнул Брок и нахмурился: — Но ты смотри мне!.. Это ведь как бы и твоя дочь тоже!
— Да ты что?! — зашипел, выпучив глаза, Брок-два. — Как ты только мог подумать?.. Я ведь в том смысле, что раз такая красивая дочь, то и жена должна быть красавицей.
— А так оно и есть, — обрадовался успокоенный сыщик. — Моя Иришечка — лучше всех!
— О чем это вы там шепчетесь? — не выдержала Сашенька, которая безрезультатно прислушивалась к бормотанию «пап». Не забывая, впрочем, их периодически фотографировать.
— Не бери в голову, — отмахнулся один из них. Девушка даже не сразу поняла, кто именно — настоящий или дубль. Но потом вспомнила, что на «своем» был темно-серый, в клеточку, джемпер, а махнул ей сейчас тот, на котором красовалось что-то вроде зеленого сюртука. — Глупости всякие обсуждаем…
— Да уж понятно, что не умности, — фыркнула Саша.
— Но-но-но! — синхронно повернули в ее сторону головы оба сыщика.
— В смысле: поехали? — ухмыльнулась девушка. — Так я вам не лошадь.
— Александра! Ну как ты так можешь при посторонних? — покачал головой отец.
— Это кто здесь посторонний? — удивилась Сашенька. — Мирон, что ли?
— Нет, — испугался притихший до сей поры юноша.
