— Это ты очумел! — задергался Брок-два, пытаясь сбросить с себя руки напарника. — При чем тут Ирина? Это Марфа.
— Вот именно!
— Да! И что?
— Это я у тебя спрашиваю: что? Ты чего на нее так смотришь?
— А какое твое дело? — удалось наконец второму сыщику сбросить одну «братскую» руку с плеча. — Тебе что, жалко? Ты вообще, так сказать, женат…
— Ч-т-то?! — задохнулся Брок-один, отпрянув от дубля. — Вот ты как дело поворачиваешь?.. Не ожидал я от тебя…
— Чего ты не ожидал? — Теперь второй Брок попер на первого и прижал того к дереву. — Что тебе от меня надо? Зачем ты лезешь в мою личную жизнь?!
— Но это не Ирина! — воздел руки к алым от закатного солнца березовым кронам сыщик номер один. — Я обещал тебе найти Ирину! Ирусика!..
— А я тебя об этом просил? — прищурился дубль.
— Нет, но… — заморгал Брок. — Но как же?.. — Казалось, еще немного, и он заплачет. — Но ведь она тебя ждет… Страдает… Можно сказать, неосознанно любит…
— А можно и не сказать, — буркнул второй сыщик, ослабляя нажим на «близнеца». — И вообще, это дурь. Кто меня где ждет? Кто любит? Меня вообще кто-нибудь когда-нибудь любил? Ты думаешь, мне не хочется любви? Ты хоть знаешь, что такое одиночество? Ты жил один сорок лет? Больше даже…
— Вот именно, больше! — колыхнулся Брок-раз. — Ты ведь старше ее на двадцать лет!
— На восемнадцать, — быстро поправил его «братец».
— Ах, ты уже все подсчитал? Глаз, как говорится, алмаз? Возраст любой женщины не секрет для суперсыщика Брока!
— А если и так! И не любой, а конкретно этой. Можешь спросить у нее.
— Значит, не двадцать, а восемнадцать?
— Не двадцать, а восемнадцать.
— Ну коне-е-ечно! Разуме-е-ется!.. Что такое восемнадцать лет — тьфу! Чепуха какая. Не двадцать же, правда что. Двадцать — это да-а-а! А восемнадцать — что? Можно и в расчет не брать. Типичный, знаешь ли, случай.
— Не ерничай, — буркнул сыщик номер два. — Сам знаю, что много. Но что мне делать-то, если я…
— Втюрился? — сурово прищурился Брок-раз.
— Да ты что… — хотел возмутиться дубль, но к концу фразы потух.
— Втрескался! — кивнул первый Брок, сведя брови.
— Ну-у… — пожал плечами «близнец».
— Врезался, — констатировал Брок-один и посмотрел в незнакомо блестящие глаза «брата». — По уши.
— Так ведь… — развел тот руками. — Тут уж… Как говорится, так сказать.
— Э-эх, — махнул рукой первый сыщик и, понурив голову, побрел назад.
— Ну чего ты, чего?.. — заныл, догоняя его, Брок-два. — Ну, правда, так-то зачем уж? Я ведь понимаю, что ты мне добра хочешь… Но ты сам-то подумай, так сказать… Разве бывает любовь по заказу? Как там у тебя было: сосулька упала — бац! — и любовь пришла. Что мне теперь — сосульку ждать остаток жизни? Не бывает же чудес, сам знаешь!..
— Кстати, — остановился Брок и обернулся к дублю. — Насчет сосульки. Ты что, не помнишь, что с тобой было?
— Где? — отчего-то испугался сыщик номер два.
— Не где, а когда.
— Почему? — заморгал Брок-два.
— По кочану, — буркнул первый сыщик. — По твоему тупому кочану сосулькой.
— Ка-а-акой сосулькой?.. — разинул рот «близнец».
— Та-а-кой сосулькой, — передразнил Брок-один. — Огромной. И сладкой. Как пятьсот эскимо.
— Я мороженого захотел, — прошептал Брок-два побелевшими вмиг губами. — И что?.. У меня получилось?..
— Ага. Можно и так это назвать. Только не получилось, а получил. Ты! Огромной белой сосулькой по маленькой глупой башке.
— И я умер?..
— Если бы, — проворчал первый сыщик. — То-то бы у меня забот поуменьшилось… Спасла тебя Марфа твоя.
— Так это она меня спасла? — засияли глаза у дубля. — Моя Марфушечка? Она спасла меня от сосульки?
— Она спасла тебя после сосульки. Сосулька успела поцеловать тебя первой.
— А Марфа… второй? — едва слышно произнес Брок-два и впился в собрата умоляющим взглядом.
— Третьей, — проворчал тот. — После меня… Тьфу, что я несу! — Сыщик номер один сердито сверкнул на дубля глазами и сказал: — Знаешь что? Целуйся с кем хочешь. Я умываю руки. Но о деле при этом не забывай. Из-за твоих сосулек, кстати, меня уже наверняка дочь потеряла, — кивнул он на густо-синее, с первыми тусклыми звездочками, небо. — Мы тут уже на два часа застряли вместо обещанного получаса.
— Да ты что? — подхватился Брок-два, но видно было, что сделал он это только из вежливости, потому что тут же вернул разговор в прежнее русло: — А как ты думаешь, раз это была сосулька, то значит Марфа и есть моя суженая? Как у тебя Ирина?..
— Попрошу не обобщать!
— И все-таки… Знаешь ли, в такие совпадения плохо верится.
— Ага, в чудеса тебе, так сказать, верится легче?
— Что ты, что ты!.. — замахал на «близнеца» Брок-два. — Это не чудо. Просто я — это ты, так ведь? А раз у тебя была сосулька, значит и у меня должна быть сосулька. Тебе сосулька, так сказать, подарила любовь, значит и мне сосулька должна подарить любовь…
— Слушай, ты меня уже засосулькал! — рыкнул первый сыщик. — Пошли давай, смотри как темнеет быстро.
— А куда мы идем?
— Домой, конечно. В смысле, к терему.
— А как же Марфа?.. — остолбенел Брок-два.
— Тьфу ты, я и забыл!
— Как забыл? Ведь мы только о ней и говорили…
