Вздохнув, он бросил взгляд на иллюминатор, за которым уже сгущалась тьма. И вдруг странная картинка возникла перед внутренним взором, тревогой кольнув его душу. Он отчего-то представил как сейчас там, в ночном море, следом за "Tитаником" без единого огня идет придуманный мертвым бароном корабль-убийца, за мирным обликом прячущий снаряженные минные аппараты, готовясь в упор разрядить их в беззащитный лайнер и скрыться в ночи...
Чтобы отогнать нелепые мысли о пиратах с самодвижущими минами, он пролистал сразу полсотни страниц, тем более этот по-немецки занудный и по-русски беспорядочный дневник начал уже надоедать. Дальше пошли рассказы о службе после плена -скупые и невнятные.
"...Вилькицкий выслушал меня и махнул рукой.
— Отто Отович, голубчик! Вы думаете этим соблазнить наших толстосумов? Я вам расскажу кое-что. Ко мне тут пожаловала депутация сибирских купцов, чтоб я им помог организовать мореплавание от Архангельска до Оби и Енисея. Не хотят шельмы платить повышенные железнодорожные тарифы на хлеб и масло. Я им, помня смету, составленную еще адмиралом Макаровым, сказал, что для разведки маршрута, нужно три года и шесть кораблей во фрахт, что дает нам миллион сто золотом для ровного счета. Это не считая угольных станций и метеорологических постов. Видели бы вы их рожи! А потом ко мне в коридорчике секретарь Мамонтова подваливает да и говорит: денег нету, но если бы вы посодействовали с казенной экспедицией, то купечество вам бы тысяч сто нашли за посильные труды! Нет, не из нашей соломы да лепить хоромы!"
Через семь дней — новая запись уже другого содержания, лаконичная и заставившая Ростовцева выругаться шепотом.
"Встретился с секретарем его степенства Мамонтова в "Даноне". Я обещал помочь, ссылаясь на свое будто бы хорошее знакомство с адмиралом Эссеном. Сошлись на пятнадцати тысячах ассигнациями. Мои изыскания требуют средств, а купчики могут ждать результатов еще лет сто..."
Ловок барон, ничего не скажешь! Hу хоть ясно, откуда у него средства на билет первым классом.
Ну что там еще?
"В назначенный час я явился по адресу. Там собралось человек десять и маг М.
Это был длинноносый мужчина крепкого телосложения и с козлиной бородкой, выглядевший типичным столичным бездельником. Он сообщил нам:
— Я Посвященный Тайного Круга Молчащих. Я Брат Хранитель и Великий Тайный Мастер Черепа, возродивший мудрость тамплиеров. Я Высший Неизвестный, один из девяти жрецов Сета и Ордена Архатов Эрцгаммы. Я наследник мудрости детей Буминора и Тартесса, ведущих свой род от народа Атлантов. Для начала — некое важное обстоятельство — кое скрыто от профанов.
Итак, человек — не единственное разумное существо, обитавшее на Земле. В глубокой древности могучие и таинственные сущности правили нашим миром, они и создали самого человека. И люди были обречены быть их рабами, а то и пищей, причем пищей были не только тела, но и души. Затем некие катаклизмы смели с лица Земли их города, и настало время человека. В древности те, кто был способен к учености, знали это, как и другие удивительные вещи. Но нынешним их глубина неведома. Поскольку она неведома, я произвольно даю им описание..."
Кусок станицы оторван.
И дальше странное:
"Каждый раз это происходит почти одинаково. Словно в стене между нашим миром и тем открывается крошечная дверь, в которую начинают просачиваться голоса. Видимо, это и есть те самые "ангелы", с какими разговаривал доктор Джон Ди... Если бы еще понять, о чем он говорят!
...М. сказал, что это — суть Лилит, или Танинсам, Вторая ипостась демоницы Азерат.
Видимо, следует позвать М. и совершить ритуал "Шомер Клифот" — "Страж Теней". Он говорил, что, сойдя по древу сфирот в недра низших, отраженных миров, можно соединиться там с Ядом Творца". (Узнать, что это?)
В любом случае Чер. Л. показывать ему пока не следует".
Юрий отложил тетрадь на диван. Дело принимало совершенно новый оборот.
Выходит, фон Hольде, этот суровый полярник и беспощадный искоренитель крамолы занимался еще и тайными науками, магией и общением с разными шарлатанами и мракобесами? Как так может быть? Хотя сейчас спиритизмом и столоверчением где только не увлекаются. Чем, в конце концов, барон хуже княгини Tенишевой или князя Юсупова? Любопытно — не об этих ли "изысканиях" говорил покойный барон несколькими страницами выше?
Что там дальше?
