Никель хотела возразить ему, но решила, что разумнее будет промолчать.
Вислоух был уже старым псом и к тому же невероятно ленивым, но с ним всё равно лучше не связываться. Он всё ещё мог ужасно громко лаять, а из-за чрезмерной заботы о господине Локоне Вислоух иногда делался совершенно непредсказуемым. С тех пор как старый сыщик спал почти всё время, пёс начал строить из себя угрюмого хозяина дома. Добродушный господин Локон не решался его приструнить, ведь Вислоух лишь старался защитить его от всего мира. Хотя доктор ничего не говорил о том, что в доме должна быть полная тишина.
Никель и Хорн посидели на подоконнике ещё некоторое время. Человек, только что пробиравшийся по крыше, теперь словно растаял в воздухе.
– Надо было нам сразу броситься за ним вдогонку, – прошептал Хорн, взмахнул крыльями и беспокойно заскрёб коготками по подоконнику – Прямо как раньше!
– Хм-м-м, – промычала Никель. – Интересно, что же он там делал?
А потом друзья снова принялись смотреть на ночную улицу, где опять ничего не происходило. Через какое-то время они отправились спать.
– Эй, Хорн? – вскоре прошептала морская свинка из своего ящичка.
– Что, Никель? – прошептал в ответ попугай.
– У меня дрожат усы!
Тут Хорн радостно улыбнулся, ведь такого не случалось уже давно. Если у Никель дрожали усы, это всегда означало, что поблизости происходило что-нибудь интересное! Попугай был уверен в этом на все сто! И даже был готов поклясться деревянной ногой, если бы она была у него, как была у его бывшего хозяина, капитана Трюфеля, знаменитого пирата и капитана корабля «Эсперанец».
– Эй, Хорн? – снова позвала морская свинка.
– Что, Никель? – устало отозвался Хорн.
– Спокойной ночи, – сказала она.
– Тебе тоже, – ответил попугай.
– До-о-оброе у-у-утро! – весёлый певучий голос фрау Перламутр вырвал Никель и Хорна из крепкого сна.
Вислоух тут же вскочил и, виляя хвостом, встряхнулся и вытянул шею в серебристом ошейнике. Ему срочно требовалось пойти гулять. Пышнотелая фрау Перламутр уже много лет заботилась о квартире и хозяйстве господина Локона. Она готовила, убиралась, стирала бельё и, поскольку господин Локон давно уже не выходил на улицу, выводила на прогулку Вислоуха. Сегодня на фрау была небесно-голубая куртка с красным меховым воротником.
– Ну, иди сюда, мой зайчик, – ласково проговорила она, пристегнула поводок к ошейнику и вышла из квартиры на прогулку.
– Ух! – вздохнула Никель в своём ящике и перевернулась на другой бок. – Наконец-то снова стало тихо.
– Ну и подлиза этот пёс, – проворчал Хорн.
– Фрау Перламутр назвала Вислоуха зайчиком, – хихикнула морская свинка, и попугай тоже неожиданно рассмеялся.
– Мой зайчик, – пропел он голосом фрау.
Никель смеялась и никак не могла остановиться, настолько смешно Хорн изображал голос фрау Перламутр.
– Вислоушик, – пропел попугай.
Тут внезапно закашлял господин Локон, и они поскорее замолчали, но вскоре поняли, что он тоже засмеялся.
– Пойдём гулятеньки, мой зайчоночек! – снова пропел Хорн, и все трое хохотали, пока у них не потекли слёзы из глаз.
Тут Никель выпрыгнула из ящика и подбежала к кровати господина Локона, а попугай расправил крылья и прилетел к ним. Они сообщили старому сыщику о том, что случилось ночью.
– Что ж, – сказал господин Локон и провёл ладонью по взлохмаченным седым кудрям. – Пока у нас ещё нет никакого преступления, верно? Закон не запрещает бегать ночью по крышам.
– Но ведь это очень подозрительно! – воскликнула Никель.
– Знаете что? – прошептал господин Локон. – Даже если бы я был уверен, что совершено преступление, я бы всего лишь позвонил в полицию. И всё! Я уже не в том возрасте, чтобы вести расследование, да к тому же очень устал. А вам двоим, друзья мои, заниматься этим слишком опасно.
Тут старый сыщик закрыл глаза и снова уснул с улыбкой на лице, наверняка вспоминая их недавнее веселье.
Вскоре после этого в дверном замке повернулся ключ фрау Перламутр, и послышалось взволнованное сопение Вислоуха. Никель и Хорн поскорее вернулись на свои места и притворились спящими.
Войдя в квартиру, фрау Перламутр налила домашним любимцам свежей воды, насыпала корм, потом разбудила господина Локона и отвела его в кресло, а сама надела розовый фартук и скрылась на кухне. Никель с Хорном сделали вид, будто только что проснулись, и неспешно позавтракали. Чуть позже квартиру наполнил аромат овощного супа.
– Бедный господин Локон, – вздохнула морская свинка. – У него на обед опять варёные овощи!
– Люди почему-то их любят, – произнёс попугай. – Удивительно!
– Мне кажется, что господин Локон постоянно усталый из-за такого питания, – заключила Никель. – Моя бабушка из Италии прожила целых одиннадцать лет, и всё благодаря тому, что ела только свежую зелень и ничего варёного.
– А моя прабабушка из дельты реки Амазонки дожила до ста одиннадцати лет. Она ела исключительно мюсли без молока и сахара, – похвастался попугай.
Вислоух снова заворчал и уже собирался угомонить разболтавшихся животных, но тут внезапно раздался звонок в дверь.
