- Да, нормально наша авантюра! Идёт… Ты не торопись, раньше, чем через пару дней результата не жди. Да и потом ещё подождать придётся.
- Успеть бы…
- Сам на удачу кулаки держу…
- Ну, оставим это пока… Я вот тут несколько вещиц отобрал. Не изволите ли вспомнить, где и у кого отняты?..
- Хм… Этот браслет – один из первых. Был такой сильномогучий богатырь… как он сам про себя думал! Имя ему… дай вспомнить… Ратибор! Удружили родители с имечком, вот он и возомнил о себе. Хотя, не скрою, пришлось мне тогда туго… однако же, моя победа вышла! Этот перстень не помню… Что его помнить? Там и камешек-то плёвый. Наверняка, в довесок к чему-то более существенному пошёл. А вот этот перстень хорош! И цены немалой. Это я на ристалище выиграл. Не само ристалище, а в ходе его. Болгарский царь устроил турнир, да посреди турнира дополнительный клич кликнул: кто, дескать, в одиночку против его семи богатырей-телохранителей, хотя бы минуту устоит – тому награда великая! Ну, я подумал, да и вызвался! Единственный… А-ха-ха! Представь лицо того царя, когда я за минуту всех его богатырей насмерть уложил! А-ха-ха! Будут помнить удаль, да силушку русскую! Царь так впечатлился! Перстень этот дополнительной наградой пошёл. За то, что я не только устоял, но и победил.
Сказать честно, это он от страху. Стою я перед ним, с окровавленным мечом, гляжу на него мутным взглядом – это я специально так! – а рядом с ним ни одного телохранителя! Понятно, что испугался царь до мурашек! Скорее отдариваться начал, пока я вменяемым выгляжу… А-ха-ха! Вот тебе, кстати, пример, когда и кровью, и потом, и уловками всякими… Да…
Этот обруч налобный помню смутно. Вроде бы, где-то под Ростовом, с кем-то съехались. Это кольцо тоже не помню. Пустяк, мелочь. А вот этот нагрудный оберег, с рубинами, помню очень хорошо! Рассказать?
- Да, уж… – уважительно пробормотал Степан, когда все рассказы были окончены, а золота под ногами осталось не так уж и много, – Бурная у вас была молодость, гражданин Кащей, не отнять…
- Какого ещё?.. – насторожился внезапно Кащей, привставая с места.
- Что случилось? – напряг слух рыжий.
- Шаги. Сюда идут, – ровным голосом сообщил Кащей.
- Так что? Вооружаться?..
Кащей смерил сыскаря взглядом и чуть усмехнулся:
- Нет нужды. Походка знакомая, спокойная, ровная… Дворецкий мой. Только вот, делать ему здесь совершенно нечего. А глядеть на сундуки ему прямо противопоказано. Придётся встретить…
Кащей загрузил в сундук очередную партию монет, которую только что собрал, ловко извернулся, протискиваясь мимо Степана, и шагнул за дверь. Рыжий прислушался.
- Дозвольте, ваше великолепное, бесподобное, царское величество, слово молвить… – начал незнакомый, льстивый голос.
- Короче! – нервно прервал Кащей.
- Как будет соблаговолено…
- Короче! – уже гневно оборвал Кащей, и было слышно, что он теряет терпение.
- Прибыл посол от её королевского величества, Василисы Премудровой… – сообщил голос осторожно.
- Переговорщик… – уронил Кащей, – Слышь, Степан? Переговорщик прибыл. Пошли, пообщаемся.
- А здесь, как же? – уточнил рыжий, выглядывая из-за двери.
На лице кругленького, прилизанного, румяного, изысканно одетого человечка отразилось такое изумление, словно он увидел не Степана, а ведьму, верхом на помеле.
- Эк?.. – только и смог выговорить человечек, тыча пальцем в степанову сторону.
- Так надо! – внушительно ответил Кащей на невысказанный вопрос, – Пошли, Степан! Замóк только повесим, чтоб любопытные носы стражей сюда не совались…
* * *
- Степан?! – вскинулся переговорщик, явно не ожидая увидеть сыскаря в гостях у Кащея.
- И вам доброго здоровьичка, гражданин д’ Арль! – приветливо откликнулся рыжий.
Кащей никого не приветствовал. Кащей прошёл тяжёлыми шагами, так что на собеседников пахнýло холодом, и величественно уселся на трон.
- Я слушаю! – сурово обронил он.
Переговорщик подобрался, выпятил грудь, вскинул подбородок.
- Я, архимаг четвёртого уровня, Жерар д’ Арль, управляющий Её Величества, королевы Премудровой… – начал он торжественно.
- Я знаю, кто ты такой… – поморщился Кащей.
- … чрезвычайный и полномочный представитель объединённого командования союзных войск трёх королевств… – не моргнув глазом, продолжал д’ Арль, – … имею полномочия и предписание вручить Вашему Величеству настоящий ультиматум!
Переговорщик протянул свёрнутый лист пергамента, склонившись в поклоне, безукоризненно выверенном: на волосок ниже – и считалось бы подобострастием, на волосок выше – и можно было бы счесть оскорблением.
Кащей взял свиток, для чего-то внимательно изучил печать, небрежно сломал её в пальцах, и развернул лист.
- Предлагается… с подобающими извинениями… – негромко бормотал он, – А также передать во владение… село… с населением… пустошь… изменить границу по излучине… а также компенсировать убытки… в размере… ого!.. кхм… каждому… иначе, объединённые войска…
Кащей раздражённо смял пергамент в руке.
- Здесь не говорится о сроке ультиматума! – мрачно посмотрел он на переговорщика.