Та'рих-и Рашиди полностью

Весной после той зимы, когда был убит Шахибек хан, все узбекские султаны собрались в Самарканде. Джанибек тоже приехал, взяв с собой моего дядю. На том собрании все султаны приняли решение, что не оставят в живых никого из моголов, уцелевших в Мавераннахре. Но Джанибек султан не согласился с этим и разрешил моему дяде и моголам, находившимся в его свите, вернуться в Андижан и присоединиться к своим семьям. Поскольку у моего дяди не было уверенности в постоянстве мнения Джанибек султана, то он, опасаясь изменчивости его натуры, быстро ушел. После этого Джанибек султан пожалел [о своем решении], послал вслед за моголами людей и убил всех, кого нашел. Что касается моего дяди, то он был уже далеко. Когда он прибыл в Андижан, то объединил оставшихся моголов и людей Андижана, выступил и полностью изгнал узбеков из вилайата Ферганы. Затем он отправил гонца к [Бабур] Падишаху по дороге Каратегин, сообщая о происшедшем и прося помощи, о чем уже было упомянуто. Падишах обрадовался, получив эту весть.

До того, как пришло это известие в Кундуз, некоторые влиятельные моголы по секрету довели до сведения [Султан Са'ид] хана, что /155б/ эмиры Мир Ширим, Мир Мазид, Кул Назар мирза, Джанка мирза, Мир Аййуб, Мир Мухаммад, Мир Ибрахим, Йадгар мирза, Кара Султан 'Али мирза, Мир Гури барлас, Мир Даим 'Али, Мирза Мухаммад, Мир Бек Мухаммад, Мир Камбар, Шахназар мирза, Кутлук Мирак мирза и другие, а также около двадцати тысяч достойных людей готовы к выступлению, а число чагатайцев не дотянет до пяти тысяч человек и, если [Са'ид] хан согласится, то они уберут Падишаха и вручат дела царства опоре ханского трона. Но [Султан Са'ид] хан ответил: “Во время бури завоевания Шадибек хана волны смут разбили судно государства и жизни могольских ханов. Я добрался на шаткой доске до пятачка [земли] в Кабул, который Бабур Падишах удерживал при ударе волн бедствий. На таком тесном, подобно островку, месте он дал мне душевный покой. Теперь же, когда я достиг счастливого берега, каким же я буду неблагодарным и бесчестным, если совершу такое гнусное дело”. Через эмира Касима каучина, который, был Падишаху как отец, он обратился к [Бабур] Падишаху: “Слава Аллаху, что сегодня дела государства устраиваются, и разные народы обращаются ликом к дворцу защитника людей, особенно моголы, большинство племен которых известны своей численностью и силой, а эмир их отличается своим величием среди других эмиров, его мысли всегда обращены на процветание дел людей своего рода. Ныне мое пребывание при Падишахе предполагает, чтобы старинное единство сменилось новым отделением. Если Вы отправите меня в какую-нибудь сторону, чтобы эти связи и дружба оставались прочными, для благополучия обеих сторон это кажется подходящим”.

В это время пришло сообщение из Андижана вместе с просьбой моего дяди [о помощи]. Падишах тотчас отправил хана в Андижан с теми, кого он счел нужным. Об этом скоро будет написано, <если будет угодно всевышнему Аллаху>.

После того, как отправили хана в Андижан, прибыл Мирза хан вместе с войском от шаха /156а/ Исма'ила, и сила [Бабур Падишаха] укрепилась. Падишах вскоре направил поводья выступления в Хисар и отправился. Когда весть об этом дошла до узбеков, они тоже собрали людей. Из числа их предводителей против Падишаха выступили Хамза султан, Махди султан и Тимур султан с другими султанами. Кучум султан, который сел на место Шахибек хана, Суйунджик султан, Джанибек султан, 'Убайдаллах султан и все [остальные] султаны собрались в Карши, настоящее название которого Нахшаб. Когда Падишах добрался до Пул-и Сангина, Хамза султан выступил вперед, занял Пул-и Сангин и сидел там около месяца. В конце концов [Падишаху] стало известно, что войско узбеков многочисленно, султаны все известные и будет трудно одолеть их. Узбеки также поняли, что Падишах не может противостоять им, и без помех они переправились через реку ниже Пул-и Сангина. Когда известие об этом дошло [до Бабура], было время после полуденного намаза. Он тут же снялся и двинулся в сторону Аб-Дара, к неприступным горам. Они шли быстро всю ночь и следующий день до полуденного намаза и добрались до такого места, укрепленность которого успокаивала предусмотрительных людей. В полночь поступило сообщение, что узбеки идут с большой силой. Военачальники тут же известили всех воинов, и все до утра занялись подготовкой военных снаряжений.