-Хорошо. Тогда принеси сюда мой ящик. Возьми денег, сколько тебе может понадобиться и уходи, один, или вместе с братом. Я хочу спать спокойно. И не думать каждый раз - вцепишься ты мне в горло, или нет. Уходи.
-Ты околдовала Павла. Он не захочет оставить тебя!
-Петр, как думаешь, могла я не спасать тебя, а просто пробежать мимо?
Неждан превратился в слух. Упрямый близнец молча ощетинился. Ли подобрала округлую гальку, взвесила на ладони, сжала в руке с ничего не говорящим выражением лица. Так она могла бы стиснуть резиновый мячик. Или, более понятное для россов сравнение - тряпочную игрушку. Без малейшего усилия. Не напрягаясь, легко. На берег с мягким шуршанием посыпалось каменное крошево. Близнецы синхронно охнули. Неждан вскинул брови. Ли встряхнула пустой ладонью. Поправила обрывки халата. Сверкающая татуировка мелькнула в прорехе на плече.
-Мне нужны рядом верные люди. Поэтому - ты уйдешь. Деньги помогут тебе вернуться обратно.
Петр взвыл отчаянно.
-Ты не человек! Кем же еще ты можешь быть? Как не...
-Господи Боже! Как мне вразумить этого строптивца?
Прошлась мимо застывшей троицы. Круто свернула. Встала спиной к шлюпке, лицом к юношам. Отчеканивая каждое слово громко произнесла.
-Сейчас ко мне подойдет тот, кто останется со мной. Кто полезет на вершину Футзи. Кто согласен разделить со мной этот кусок жизни. Если такового не найдется... Отпущу всех. Вернетесь в Россь так скоро, как сможете. Это ваше право. И ваш выбор. Тот кто захочет служить мне - просто подойдет. Вот и все. Это очень легко. Время пошло. Я жду одну минуту.
Четки на ее запястье светились в подступающей темноте. Горло Неждана перехватило точно судорогой. "Она ангел" - понял он. "Ниспосланный в этот мир Создателем." Толмач шагнул. Первым. Ли улыбнулась ему, ласково, но грустно.
-Хорошо подумал?
-Я ведь поехал с тобой в Синто, госпожа. Поеду и в твой Вечный Город. Куда скажешь.
-Хорошо.
Ответила принцесса. Но прежде, чем она успела обратиться к близнецам вперед вылетел все тот же Петр.
-Докажи!
Заорал он, брызгая слюной.
-Докажи, что ты не продала душу! Докажи мне!
-Как?
Устало выговорила Ли и переспросила.
-Как? Обрасти белыми крыльями и сделать круг над вашими головами?
Павел хотел пройти мимо брата. Но Петр схватил его за руку. Продолжая кричать принцессе.
-Буду с тобой, стану верно служить! Только докажи.
Ли грустно усмехнулась. Попросила.
-Уходите оба. Когда вернетесь в Россь. Больше не берите боярских денег. Не предавайте княгиню. Служите верно. Она достойна этого.
Близнецы ошеломленно отшатнулись. Посмотрели друг на друга. Замерли. Принцесса сказала спокойно.
-Тащите сюда сундук, открою.
Павел выдернул руку у брата. Быстро шагнул вперед.
-Возьми меня с собой, госпожа. Я не предам тебя. Никогда. И прости моего брата.
Во взгляде принцессы была скорбь.
-Не хочу, чтобы между вами была война. Вы близнецы. Это очень важно. Разрывать вас, значит поступать скверно. Останься с Петром.
Павел упрямо повторил.
-Хочу служить тебе.
Не оборачиваясь вымолвил.
-Прости меня, брат. Я должен пойти с госпожой.
-Должен??? Да почему же???
В голосе Павла звучала настоящая мука. Точно парня рвали пополам. Он смотрел с отчаянной решимостью. Сделал выбор, и не пытался оправдываться. Скорее хотел объяснить, что подвигло его на разлуку. Теперь уже сам подошел, взял за руку, заглянул в глаза. Петр отпрянул, брат не стал его удерживать. Опустил голову. Вес иного решения может раздавить. Сдерживаемая боль звенела в его словах, не льющихся легким потоком, как обычно. С трудом, через силу вырывающихся, тяжелых точно кандалы, приговоренного к пожизненной каторге.
-Когда морская тварь волокла тебя за борт... Я очень был и зол, и напуган. Но я, я просто кричал, хоть и не вслух. Я кричал - Господи!!! Пошли мне помощь! Какую угодно! Господи! Ты знаешь, я в храм и не ходил ни разу. Младенцем глупым мать водила, вот и все. Я и молитв не знаю ни одной. А тут... Нахлынуло. И тебя спасли, брат. Я знаю, что должен служить Госпоже. Это был как ответ Бога. Мне. Трудно объяснить. Не могу подобрать слов. Просто знаю. Мое место рядом с госпожой. Вот и все. Прости, брат. Без тебя мне будет очень хреново.
В тишине было слышно, что Петр заплакал.
