-Просто прекрасно. – Спокойным голосом ответила она на чистосердечное признание Тери. – Значит, я не одна буду страдать в этих застенках.
Тяжкий вздох и взгляд, полный укора, не смягчили ее.
-Займитесь делом, капитан, и подумайте, что нам делать с этим, - она указала на рану, - пока Правитель не устроил нам допрос с пристрастием – относительно нового украшения моей шеи. А мне пора принять душ.
Когда Мирия показалась из ванной комнаты, благоухающая, в пушистом белом халате, с полотенцем на мокрых волосах, Тери уже успел изломать всю голову, но придумал только одно.
-Нужен шарфик. – С ходу заявил он. – У тебя их там несметное количество, - он показал в сторону гардеробной. – Выбирай.
Принцесса одела темно-зеленую блузку с большим вырезом на груди и обтягивающие брюки темно-коричневого цвета. Тери все же сам подобрал ей шарф – легкий, почти невесомый, из органзы темно-сливового цвета с изумрудными брызгами. Он осторожно повязал его на нею чуть смущенной девушки, при этом не спуская глаз с ее опущенных ресниц.
-Это не слишком – шарф в помещении? – Неловко спросила Мирия, ощущая дыхание Тери на своем лице.
-Другого варианта все равно нет. – Льюис не торопился, явно затягивая момент их вынужденной близости, аккуратно расправляя складки ткани так, чтобы полностью скрыть рану.
После этого капитан отправился с проверкой в свой легит и не сдержал злости, едва его взгляд упал на сидящего на полу Дейма Роулиса – тому было очень плохо, и голова его покоилась на плотно сжатых коленях. Он и не сообразил, как вдруг оторвался от пола и рухнул на него вновь; потом вновь оторвался, и вновь рухнул.
Дейма и без того трясло от жуткого похмелья, пот градом стекал со лба, а теперь еще стопудовая гиря каталась от виска к виску, рискуя пробить голову.
-Тери, достаточно. – Сквозь фонящий шум в ушах, он услышал голос Майкла Тайлера – ровный, спокойный, и его «взлеты и падения» прекратились в туже секунду.
-Ты ответишь мне за вчерашнее! – Льюиса прямо-таки раздирала удержанная с вечера ярость. – Только посмей еще раз приблизиться к НЕЙ, только дотронься до НЕЕ…
-Тери, Тери… - голосом умирающего запричитал Дейм. – Мне ребята сегодня все рассказали… я не помню, честно, ничего не помню… я больше не буду пить и не притронусь к ТВОЕЙ принцессе…
Льюис слегка смягчился.
-Не помнишь? …
-Нет! Майкл сказал, что я укусил ее за шею... Мне стыдно… И что теперь делать? Если всех попрут из-за меня, я кто буду после этого? – Воспаленные глаза Дейма горели болезненным, но искренним огнем беспокойства.
-Может, все еще обойдется. – Тери остывал так же быстро, как и вспыхивал. – Но в любом случае ты без премии до конца года.
-Ладно. – Легко согласился Роулис. – Мне все равно, лишь бы все осталось на этом уровне…
-Как Мирия? – Тайлер обратился к Тери, прервав их с Деймом диалог.
-Мирия – нормально, рана – нет. Мы спрятали ее сегодня под шарфиком, но не знаю…
Майкл нахмурился.
-Значит, скоро мы это выясним. Скоро придет Правитель…
Мирия согласна была переживать за судьбу Тайлера, но не за судьбу Тери, но это происходило вопреки ее желанию. Они молчали, находясь рядом друг с другом, возле столика с принесенным завтраком – Тери настоял, чтобы они ели вместе, и принцесса согласилась лишь потому, что в тот момент думала о чем-то другом, а потом спорить было уже глупо.
Эдвард Элсон посетил их чуть раньше, чем они ожидали, а потому застал эту парочку заговорщиков врасплох.
Тери вскочил, заметно нервничая, Мирия же замерла – и возникшее напряжение стало осязаемым для Правителя – он, будучи человеком проницательным, сразу же заподозрил неладное.
-Доброе утро, принцесса, капитан… Вижу, что-то случилось?
Он переводил взгляд от дочери к Льюису, от Льюиса к дочери, но те упорно молчали, машинально пытаясь выдать нервозность за удивление.
-Ничего особенно. – Наконец-то Тери понял, что Правитель все еще ждет ответа. – Вернее, вообще ничего…
-Мирия, что это у тебя на шее? ...
Эдвард молниеносно перехватил непроизвольный взгляд между Мирией и Тери, и его глаза подозрительно сузились. Не дождавшись ответа, он подошел к дочери и без лишних церемоний начат разматывать шарф с тонкой шеи девушки.
«Это конец» - пронеслось в голове Тери. Мирия молчала, напряженно вглядываясь в лицо своего отца.
От него исходил тонкий запах мужского парфюма, и весь он был такой ухоженный, чистый, одним словом, совершенный. Прикосновения Эдварда были аккуратными, щепетильными, но настойчивыми. Мирия с неприятным ей чувством призналась себе, что в чем-то он напоминает ей Мориса – в манере ли, или в аристократической элегантности, или в чем-то другом, что отделяет понятие «высшее общество» от всех остальных.
