Над мужчиной стояли двое – худощавый человек средних лет, в забрызганной кровью рубашке и кожаном фартуке, и молодой человек с бледным от страха лицом. Мужчина в фартуке был вооружен острым узким ланцетом, которым он что-то делал в животе несчастного пациента.
– Господин доктор! – обратился к хирургу горбун. – Эти господа пришли к вам.
– Вы из Комитета? – осведомился хирург, повернувшись к посетителям. – О, я вижу гражданина Робеспьера! Это большая честь для меня! Позвольте представиться – доктор Гильотен...
Хирург снял окровавленный фартук, вручил ланцет молодому человеку и приказал:
– Луи, доведи до конца операцию!
– Но доктор... – запротестовал тот. – Я никогда прежде этого не делал!
– Все когда-нибудь бывает в первый раз! Ты достаточно долго учился! – безразлично ответил врач и пошел навстречу гостям, на ходу надевая камзол. – Прошу, господа, то, что я хочу вам показать, находится в соседней комнате.
Комната, куда он их привел, была куда меньше и не так хорошо освещена. Значительную ее часть занимало странное устройство, напоминавшее оконную раму, в верхней части которой был закреплен широкий косой нож.
– Я зову ее Луизон, – с нежностью проговорил доктор Гильотен. – Моя маленькая Луиза!
– Как она действует? – спросил Анрио, с живейшим интересом разглядывая загадочное устройство.
– Извольте полюбоваться, – доктор взял с полки деревянную куклу в наряде священника, положил ее на подставку в нижней части своего устройства. Голова игрушечного священника оказалась в специальном углублении. Доктор опустил сверху на шею куклы доску с прорезью, так что шея кюре оказалась заключена в колодку.
– А теперь – вот так! – Гильотен отвернул винт в верхней части рамы, нож со свистом упал, и голова куклы, отделившись от туловища, рухнула в специальную корзинку.
– Браво! – воскликнул Анрио, и глаза его заблестели. – Отличная игрушка!
– Это не игрушка, – обиженным тоном возразил доктор. – Это замечательное изобретение, способствующее улучшению нравов. Моя маленькая Луиза создана для того, чтобы служить милосердию и справедливости...
– Каким же образом? – осведомился Робеспьер, до этой минуты хранивший молчание.
– Извольте, сударь, я вам охотно объясню! Сначала – о милосердии. Когда преступников казнят устаревшими способами – через повешение или отделение головы, – их смерть бывает чрезвычайно долгой и мучительной. Петля иногда плохо затягивается, неопытный палач может не справиться с топором... один раз в Нанте осужденному отрубили голову только с двенадцатого удара...
