Тачанка для зеброида полностью

Последняя тоже на многое способна, особенно в экстремальных (для лошади) условиях пустыни. Но все-таки хороший конь, идущий даже не галопом, а просто ускоренной рысью, где-то в полтора раза резвее, чем самый высокоскоростной верблюд, перемещающийся предельно быстрым аллюром. При пересчете на долгие знойные дни и барханные километры преимущество конницы сходит на нет, но не сразу и, главное, не всегда. Дромадер чемпионских достоинств (и, добавим, под всадником в весе пера) пройдет за полный световой день 240 км, но это и вправду экстрим, такие достижения в воинскую статистику не внесешь, как не является олимпийский рекорд примером для спецназовцев, совершающих марш-бросок. Кстати, тогда уж учтем, что аналогичный конский экстрим заметно превышает 300 км. В норме же отличный беговой верблюд без лишнего груза, неся на себе только вес всадника, его винтовки и патронташа, за день преодолевает порядка 100 км и выдерживает такой режим около недели (потом, правда, «берет отпуск» месяца на полтора), причем не совсем без питья и по не совсем уж барханной местности.

Да, иногда законы открытых пространств таковы, что конный «верблюдного», преследуя, не настигнет, а спасаясь – не уйдет. Однако даже в таких случаях на семисоткилометровом маршруте конные басмачи имели шансы стряхнуть погоню со следа, пересечь границу, уйти в горы или просто выйти на каменистые участки. По которым даже двугорбый бактриан, сравнительно тихоходный, перемещается с большим трудом, для резвого же дромадера это вообще смертельный номер – а вот для ламы или гуанако абсолютно не проблема!

И все же для армии именно дромадер представляет основную ценность как ездовое и «грузовое» животное. Но если Британская империя в дромадерах недостатка не испытывала, то в тогдашнем СССР таких верблюдов, особенно хороших, было мало (их разводили лишь на самом юге Средней Азии). Так что эти «внутренние» соображения делают потребность в скоростном камелоиде еще более насущной.

Интересно, обогнал бы его всадник на зеброиде? Конечно, да! Конечно – потому что зеброиды, какие-никакие, все же реальность, а камелоид – несостоявшийся проект…

Точнее, не состоялся он именно в тогдашнем СССР (впрочем, и во всем остальном мире). А вот на исходе ХХ века в Дубае (ОАЭ) был спонсирован международный конкурс по созданию такого гибрида. И канадские ученые, специально приехавшие для этого в Эмираты, добились успеха, создав абсолютно фантастическое животное, получившее название «кама» (камелолама). Одним только искусственным осеменением там дело не обошлось, потребовались оплодотворение in vitro и обратная трансплантация в матку, так что, пожалуй, можно не сетовать об упущенном шансе: ни в Аскании-Нова, ни где-либо еще в довоенные десятилетия подобные технологии не существовали даже на уровне эксперимента.

А теперь приготовьтесь к небольшой, но очень концентрированной порции дезинформации. Точнее, к той информации, которая, когда автор этих строк готовил первый вариант данного текста (десять лет назад, еще в 2012 г.), подавалась как подлинная, но, видимо, была сознательно искажена. Была даже мысль убрать следующие три абзаца вообще, но – пусть читатели оценят, как иногда выглядит «дымовая завеса»:

«В настоящий момент (по данным на конец 2012 г. – Авт.) на свете живут две камы: самец Рама – он уже взрослый, и молоденькая самочка Камила, его будущая невеста. Через несколько лет мы, видимо, узнаем, удастся ли разводить этот новый род (а как его, простите, еще назвать?) “в себе”.