При перестрелке такая «ключевая высота», конечно, и сама уязвима – но может обеспечить б
Вес картечницы Гатлинга превышает 60 кг, стрелять из нее с лошади даже теоретически невозможно; из ручного пулемета – возможно, но с очень ограниченной эффективностью. А вот с верблюда вести эффективный огонь очередями удавалось без особых проблем. Ко времени обеих мировых войн выигрышность верблюда как подвижной «ключевой высоты» не исчезла: какой командир, воюющий на открытой местности, откажется от возможности поднять стрелковую позицию на 2,5 м над землей и разместить там дальнобойное автоматическое оружие – особенно если противник вооружен только винтовками. Да и при наличии иного противника эта тактика может сработать: в 1941 году Арабский легион Глабб-паши (британский генерал Джон Глабб) ставил на верблюдов даже зенитные пулеметы.
…Если же в каком-то из миров удастся скрестить верблюда с лосем, то на получившемся гибриде можно будет оборудовать две пулеметные точки: первая турель – на седле, вторая – с упором на рога. Но для возникновения такого «горбатого сохатого» требуется не альтернативная история, а альтернативная биология!
Это мы говорим о верблюде как верховом звере. Однако у него ведь есть и другая область военно-транспортного применения: в качестве вьючного животного! Тут в основном речь о двугорбых верблюдах, бактрианах. Еще больше ценились гибриды: пусть не с ламой (а все-таки до чего же интересно, как будет выглядеть кама на основе бактриана!), но между дромадером и бактрианом.
Для таких помесей утвердилось казахское название «нар». Знатоки пустынных маршрутов, общаясь с «чечако», любили пошутить в том смысле, что вьючный нар – зверь, конечно, выносливый, но при дальних переходах он, дескать, несет на себе не так уж много: не более чем лошадь… Соль шутки в том, что «конский вес», который можно навьючить на нара, – это не столько, сколько крупная и сильная лошадь способна нести, а столько, сколько она весит сама. В общем, нагрузки поистине грузовые, даже артиллерийские. Например, английские горные пушки BL 2.75 весили 580 кг, и при перевозке их на дромадерах ствол и лафет разделяли – а нар мог бы понести орудие и в собранном виде. И раненых он тоже может перевозить в большем количестве, чем дромадер, а тем более лошадь: в ходе восточных войн «верблюжьи носилки» – непременная принадлежность полевого госпиталя
Именно тут снова уместно вспомнить Асканию-Нова, где такие гибриды тоже производились. Не в массовом количестве (для этого существовали Туркмения и Казахстан), а в научных целях. Очередная попытка закрепить тот рост и мощь, которой «полуторагорбые» помеси, вполне плодовитые, обладают лишь в первом поколении.
Результат оказался все тот же, что и с якоидами: гетерозис не наследуется, даже в стране победившего социализма. И сымитировать успех тут куда труднее, чем в грядущей эпопее с ветвистой пшеницей: поди убеди военных экспертов, что гибрид во втором поколении сохранил требуемые рабочие качества, если он без надрыва несет вьюк с «жалкими» бактриановскими тремя центнерами, и не более того!
Альтернативный вариант истории не реализовался, но в качестве вьючного или тяглового транспорта верблюды, чистопородные и гибридные, на войне поработать успели. В том числе (даже прежде всего!) на том самом направлении, где у них, как и у зеброидов или якоидов, намечалась «альтернативно-историческая» работа. Через Иран шел такой поток военных грузов, что многие из них пришлось доставлять и на верблюжьих спинах. А к концу войны советское присутствие в этом регионе сделалось столь прочным и столь похожим на… как бы это поделикатнее сформулировать… словом, американцы, дабы убедить «дядюшку Джо» не обзаводиться шестнадцатой союзной республикой, даже прибегли к ядерной угрозе.
США, готовящиеся спасать Иран (да еще такими методами!), – чем не альтернативная история! Впрочем, одни только ядерные удары в ту пору исход не определят, заполыхало бы по всему Ближнему и Среднему Востоку – и в каком-то из сражений наша верблюжья кавалерия (на дромадерах ввиду отсутствия кам) могла сойтись в бою с тем самым Арабским легионом Джона Глабба и эмира Хусейна, будущего короля Иордании.
А ведь возможен еще худший вариант. Сложись расстановка сил иначе уже в 1941—1942 годах, нашим частям довелось бы сражаться с Легионом Глабб-паши не лицом к лицу, но плечом к плечу (горб к горбу?), а противостоял бы им совсем другой Арабский легион, немецкий, возглавляемый будущим героем советского союза и президентом Египта Насером. Ну, командование как таковое гитлеровцы этому своему союзнику вряд ли доверили бы (у них были свои офицеры, хорошо сведущие в реалиях «верблюжьей войны»), однако на роль зиц-председателя назначить могли.