Глазки Забавы блеснули, отражая красные блики угля, когда она села напротив Мирослава у очага. Она переживает за брата. Я тоже беспокоюсь за Макария, но упорно молчу. Мне интересно узнать, как он себя чувствует, но задавать вопросы я не решаюсь, боюсь, что не услышу ответа. Мирослав первый, кто находился в нашем жилище и не отводил от меня глаз. Но всё же его интерес был направлен к Забаве, а на меня он толком даже не смотрел.
— Ему нужно время восстановиться, поэтому давай дождёмся завтра и вместе навестим его, — ответил Мирослав, а Забава покорно кивнула.
— А я могу пойти с вами? — решилась я подать голос.
Мирослав нахмурился, сжал кружку в руках и буркнул, не поднимая глаз:
— Не думаю.
— Я просто хочу узнать, как он себя чувствует, — настояла я.
— Он в порядке, — снова последовал сухой ответ, но это уже что-то. Другие и вовсе игнорировали меня.
— А что с ним произошло? — набралась смелости и задала вопрос, мучавший меня всё это время.
Мирослав оторвал взгляд от горящих углей и взглянул на меня. Так строго и пугающе. Он буквально вонзил в меня свои голубые глаза. Макарий делал также, только с любопытством, а не с плохо скрываемой ненавистью.
— Не надо задавать вопросов, на которые не получишь ответа, — строго сказал Мирослав. — Завтра ближе к вечеру я зайду за тобой, — обратился он к Забаве. Та лишь кивнула в ответ.
Лицо парня в момент преобразилось, стоило ему взглянуть на Забаву. Взгляд смягчился, на губах отобразилась лёгкая улыбка. Мирослав поставил пустую чашку на пол, поднялся, подмигнув девушке, и, накинув тулуп, ушёл.
— Не понимаю, что такого я спросила? — пробормотала себе под нос.
— Я же говорила, что тебе не стоит болтать с местными, — поднимая кружку Мирослава, Забава поставила её на стол и уселась на свою кровать.
— Чувствую себя прокажённой какой-то, — насупилась я и, стянув свитер, улеглась под тёплое одеяло.
— Мы быстро привязываемся. Тебя избегают, чтобы было проще отпустить.
— Сомневаюсь, — отвернулась к стенке и закрыла глаза.
Забава лишь тяжело вздохнула и тоже улеглась на кровать. Больше мы не разговаривали, но сейчас мне бы хотелось, чтобы она порасспрашивала меня. Хотелось отвлечься и не думать о Макарии. Его милое и улыбающееся лицо стояло за закрытыми веками. Его блестящий взгляд, кривая улыбка. Я чувствовала его тёплые руки, слышала его голос. Так и уснула с мыслями о нём.
А на следующий день в нашем доме вновь появился Мирослав. Больше он не обращал на меня внимание. Он даже не смотрел в мою сторону, будто меня и не было. Он помог одеться Забаве и увёл из жилища. Забава на прощание махнула мне рукой и мило улыбнулась. Только легче не стало. Я всегда была в центре внимания. Люди боролись за право провести вечер в моей компании, а здесь меня будто не считали за человека. Это жутко злило и поэтому, когда я услышала, что кто-то зашёл в дом, даже не обернулась. Я лежала на кровати, подтянув ноги к груди. Какой смысл обращать внимание на гостя, когда он снова отнесётся ко мне, как к пустому месту?
— Скучаешь, Златовласка? — вдруг услышала голос Макария и вмиг обернулась. Ошарашенно глядя на него, вскочила с кровати и так обрадовалась, что кинулась на его шею.
— Макарий! — воскликнула я, повиснув на высоченном парне.
— Ого! Не думал, что ты настолько мне обрадуешься, — хохотнул молодой человек.
— Я так испугалась за тебя. И никто не хотел говорить, как ты.
— Я в порядке.
— Хорошо, — почему-то смутилась и, отступив назад, присела на кровать.
Макарий принялся раздеваться. Стянул меховую шапку и кинул на стул у входа. Дальше расстегнул пуговицы пальто и остался в белом свитере и чёрных штанах. Я, видя парня лишь в верхней одежде, предполагала, что он большой и сильный, но чтобы настолько! А еще парень оказался по-настоящему красив: неестественно голубые глаза, длинные густые ресницы, тёмно-каштановые волосы завиваются крупными кудрями. Толстый свитер нисколько не скрывает мускулистых плеч и груди Макария. Узкий таз. И когда молодой человек обернулся к столу, я увидела шикарный и подтянутый зад. Не удержавшись, я всхлипнула. Как же он хорош. Таких мне ещё не доводилось встречать. Хотя нет. Это не совсем правда. Я видела много красивых мужчин. И с моделями общалась. Но все они были надменными и зазнавшимися, пафосными и эгоистичными. И это портило впечатление. Макарий же другой. Он добрый и открытый. С шикарной и добродушной улыбкой. От этих мыслей я смутилась ещё больше. Кровь прилила к щекам, и резко стало жарко. Мозг почему-то отключился и поэтому, когда парень обернулся и что-то сказал, я не расслышала.
— Эй, ты что, в космос улетела? — смеясь, спросил Макарий.
— М? — только и выдавила из себя.
— Возвращайся на землю. Я принёс тебе еду.
Он протянул большой деревянный поднос. На нём дымилась горячая похлебка из мяса с овощами, травяной чай и пшеничная лепёшка.
— Спасибо, — ответила и взялась за деревянную ложку.
