Только еда не лезла в рот. А все слова застряли в глотке. Он странно действовал на меня. Я сразу вспомнила растерянную Забаву, когда у нас гостил Мирослав. Неужели сейчас я выглядела так же? Смущённая дурочка, не в состоянии связать и пары слов.
— Кушай, Златовласка, завтра тяжелый день, — нежно произнёс Макарий.
И голос его ещё больше околдовал меня. Низкий, чувственный. Я читала о чём-то подобном в книгах и видела в фильмах, только не предполагала, что сама испытаю. Взглянув в голубые и добрые глаза, я почти прошептала:
— А что будет завтра?
— Завтра я с Тихомиром проводим тебя домой.
— А буря?
— Уже кончилась, — улыбнулся он. От этой улыбки было сложно оторваться, и я замерла.
— Кушай и ложись спать. Тебе понадобятся силы, — добавил парень и кивнул в сторону горячей еды.
Попробовав всего одну ложку, навязчивый туман тут же рассеялся. Это было вкусно. Никогда не ела ничего подобного. Нежнейшее мясо с картошкой и вялеными томатами. Хрустящий свежий хлеб и невероятно ароматный чай. Я забыла обо всём, уплетая вкусную еду, но вдруг вспомнила о доме и стало так тоскливо.
— Хорошо, что буря кончилась, и я смогу отправиться домой, а то я уже с ума схожу от болтовни твоей сестры.
— А я с ней живу, представляешь! — рассмеялся парень.
— Это твой дом? — удивилась я.
— Да, и ты сидишь на моей кровати.
— Оу, — охнула, вновь растерявшись. — Тогда мне, наверное, стоит освободить твоё место.
— Ты хочешь спать на шкуре у двери? — озорно блеснул глазами парень.
— Нет, — приступила к тёплому и ароматному чаю. — Просто мы же… ну… где ты будешь спать?
— Не волнуйся, меня приютит Тихомир. Он хоть и храпит, как медведь, зато у него самая удобная лежанка.
— Что ж, тогда спокойной ночи.
— Спи и набирайся сил, — Макарий поднялся с табурета, на котором удобно располагался до этого, и медленно побрел к выходу.
— Макарий, — окликнула парня.
— Да? — обернулся.
— Сон совсем не идёт. Может, ты что-нибудь расскажешь мне? — почему-то я испугалась, что он уйдёт, а мне так хорошо в его компании.
— Ну, только если ты ляжешь и закроешь глазки, — улыбнулся Макарий.
— А ты расскажешь мне сказку, — не сдержала ответной улыбки и улеглась на кровать.
— Сказку так сказку, — задумчиво проговорил парень и вернулся к табурету. Только в этот раз он предпочёл расположиться на полу, устеленном мягкими шкурами у подножья кровати, на которой лежала я. Он находился очень близко. Голубые глаза с озорными чертятами с любопытством смотрели на меня. И снова мне стало как-то не по себе, поэтому я укрылась одеялом до самого подбородка. А Макарий положил руки на кровать и лёг на них головой, приблизившись ещё ближе. Это было слишком. Но, похоже, его это совсем не смущало. Я перевернулась на бок, опиревшись спиной о стену, и заглянула в голубые глаза. Лёгкая улыбка тронула губы молодого человека.
— Это не совсем сказка, скорее легенда, — начал он рассказ, приподнимая голову. — Много лет назад житель северного племени по имени Дарен отправился в лес на охоту. Это привычное дело для него. Годами, день за днём он рыскал по лесам, находя добрую добычу. Но тот день не заладился. Дарен повредил ногу и возвращался домой с пустой поклажей, когда наткнулся на голодного волка. Что говорить, парень жутко испугался и замер на месте. Бежать и со здоровой ногой от голодного зверя бессмысленно, а тут сразу можно сдаваться и не вступать в бой. И тогда Дарен решил проявить смекалку: он откинул в сторону оружие так, чтобы зверь увидел это, и опустился на колени. Взглянул прямо в глаза зверя и сказал: «Я в твоей власти, великий волк». И, к удивлению Дарена, зверь понял каждое его слово и отступил. В тот миг в голове парня прозвучал ответ зверя: «Спасибо, человек, что не тронул».
— Твои глазки до сих пор открыты? — заметил Макарий, прервав рассказ.
— Очень интересно, продолжай.
— Закроешь глазки — продолжу, — очаровательно улыбнулся он. Я вздохнула и послушно прикрыла ставшие тяжелыми веки, а волшебный голосок Макария продолжил рассказ.
— После Дарен ещё не раз встречал этого волка. Духи, будто специально, сталкивали их. И каждый раз молодой человек всё больше понимал мысли зверя. С каждым новым днём их связь крепла. Человек и животное теперь намеренно искали встречи. Каждому мир друг друга был интересен, и жажда познать его манила. В одну из таких встреч Дарен прикрыл глаза, представляя мир глазами волка. И каково было его удивление, когда он и вправду помчался сквозь чащобы леса, видя мир глазами зверя, слыша ушами зверя, чувствуя дуновение ветра шкурой зверя. Так Дарен открыл великий дар переноса сознания. С тех пор души волка и человека объединились. Человек мог видеть и чувствовать, как зверь, и это принесло много благ его народу. Позже Дарен поделился своим умением с братьями. Каждый из них смог воплотиться в зверя. Братислав принял сущность лиса. Властимир — бурого медведя, Есений — беркута. Четыре брата стали главами селений. Дарен — Северного. Братислав — Южного. Властимир — Западного. А Есений — Восточного.
— Это легенда вашего народа? — сонно прохрипела я.
— Это сказка, Златовласка. Ты ещё не спишь?
