— А ведь я могу сделать так, что ты останешься, — продолжил Макарий и скользнул рукой в мои волосы. — Помнишь сказку, что я рассказывал после бури?
— Да, — ответила я, блуждая взглядом по его лицу.
— Это вовсе не сказка, — приблизился ещё ближе, вдыхая мой аромат. — И не легенда…
Он замер, отводя взгляд в сторону. Убрал руку и плюхнулся на бок на свою лежанку, поворачиваясь спиной ко мне.
— Спи, Златовласка, ещё слишком рано.
— Ты думаешь, теперь я усну? — он не ответил. — Ты кто-то вроде дрессировщика?
— Дрессировщика? — обернулся он.
— Ну, ты дрессируешь разных зверей, заставляешь их слушать тебя, как ту рысь в лесу?
Он широко улыбнулся и сел, поднимая колено и опираясь на него локтем.
— Они слушают меня. Только заставить их невозможно. Можно только попросить.
— Как это? — подпёрла подбородок ладошкой, любуясь красивым оголённым торсом молодого человека.
— Если расскажу, то тебе придётся остаться.
— А если я никому не открою твой секрет? — кокетливо задрала ножку вверх, перекатываясь на живот.
Этот жест не остался без внимания. Нога оголилась до бедра и глаза Макария не упустили возможность рассмотреть её подробнее.
— Я… — сипло проговорил он, явно теряясь. И воспользовавшись его смятением, я усилила эффект, оголяя и вторую ножку. Он шумно сглотнул.
— Расскажи, — промурлыкала я, а он перевёл на меня растерянный взгляд. — Животные тебя понимают, потому что… — протянула я и задумалась. — Подожди, сказка! Ты словно… как же его звали… парень из сказки. Переселение сознания. Так это правда?
— Ты догадливая, — кивнул он.
— Так значит эта история всё же легенда? Правдивая легенда?
— Нас называют шамахами, — неуверенно начал Макарий, — мы обладаем способностью переселения сознания. Например, я могу вселиться в своего волка и бегать по лесу, ощущая мир его шкурой. Это дар предков и мне повезло: духи наградили меня.
— Вселиться? Как это?
Макарий не ответил. Он поднялся на ноги, возвышаясь надо мной. Высокий, мощный. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в улыбающиеся глаза. И по мере того, как мой взгляд скользил к его лицу, жар накрывал всё тело. Обнажённый торс этого парня завораживал. Мускулистые плечи, широкая грудная клетка, кубики пресса. Ни одного изъяна. Каждая мышца просматривалась в тусклом свете луны. Он, очевидно, красив. Обворожительно прекрасен.
Его пухлые губы тронула лёгкая улыбка, когда он понял, что моя челюсть слегка отвисла. Я встречала много красивых мужчин, но только он мог одной улыбкой зародить румянец на моих щеках. Я терялась рядом с ним. И в то же время мне резко захотелось дотронуться до идеального тела. Пробежать кончиками пальцев по стальному прессу, широким плечам, мощной спине. А он широко улыбнулся и голосом, что так сладко обволакивал, произнес:
— Я покажу. Одевайся, Златовласка, подожду тебя внизу, — и, развернувшись, он ушёл, оставив меня наедине с сопящим Тихомиром.
Мне понадобилась секунда, чтобы прийти в себя. Всего мгновение, чтобы унять чувства.
Я спустилась вниз, где ждал меня Макарий. Он сидел на лавке у выхода и, увидев меня, широко улыбнулся, поднялся и помог облачиться в тёплый тулуп. А дальше повёл на улицу. Молча мы шли за дом, а я боялась задавать вопросы, предвкушая что-то волшебное. Обогнув дом, нашему взору открылась заснеженная деревянная беседка. Её стенки выложены пирамидкой из сруба. Небольшой сад, среди сугробов которого стаяла лавочка. Макарий проводил меня туда и усадил на скамейку.
— Только ничего не бойся, — сказал он и расположился справа от меня.
Тяжело вздохнув, парень уселся прямо на снег. Как тогда в лесу он положил руки на колени, раскрыв ладони, и прикрыл глаза. Потекли минуты ожидания. Макарий сидел неподвижно, ровно дыша. Он словно впал в транс, не чувствуя холода. Я же, сидя на этой лавочке, начинала замерзать. Мои руки и пальчики ног озябли, несмотря на то, что на мне тёплые сапожки и пуховые варежки. А парень всё сидел и сидел. Околев окончательно, я поднялась и немного попрыгала. В попытке согреться, я замахала руками, пробежалась на месте и крутанулась вокруг своей оси. А дальше в ужасе плюхнулась на лавку. Из леса вышел волк и без раздумий направился ко мне.
В этот раз страх подействовал на меня странно: вместо того, чтобы бежать со всех ног в дом или тормошить Макария, я замерла, во все глаза уставившись на зверя, который грациозной походкой приближался ко мне. Этот волк был больше, чем я себе представляла. В холке достигал метра полтора, не меньше. Морда на одном уровне со мной. В нём не было агрессии. Может, именно по этой причине я не двигалась с места, трясясь от страха на этой скамейке. Зверь приблизился опасно близко, и мне удалось разглядеть его необычно голубые глаза. И я узнала их. Это были глаза Макария. Лазурные, с темно-синими вкраплениями и небесным отливом. Оглянулась на всё так же неподвижного парня и вернула внимание к волку. Зверь положил голову на мои колени, жалобно поскуливая. А я, разинув рот, смотрела в его глаза.
Носом волк поддел мою ладонь, блаженно потираясь об неё и будто урча. Я почесала его за ухом, а он замахал хвостом.
