Сквозь снега я мчался к ней. Почему-то я чувствовал, что Ангелина нуждается во мне так же, как я в ней. «Мирный, — кинул мысленный призыв волку, — ты нужен мне». Друг не заставил долго ждать: он в мгновение ока явился на мой зов. «Яр, найди её», — ещё одна просьба. Беркут кинулся вперед изо всех сил.
Тревога в душе возрастала с каждой секундой. С каждым метром моё сердце билось чаще. Не знаю, что творилось со мной. Одно было ясно: я могу опоздать. Вот только куда?
Я наткнулся на увязший в сугробе автомобиль и чётко почувствовал её отчаянье. Ей было страшно. Она паниковала. Я ощущал каждую её эмоцию.
Яр спустился с высоты небес. «Она дальше по дороге», — раздался голос птицы в голове. И я помчался дальше. Метров через триста я увидел, как какой-то сморчок насильно запихивает Ангелину в машину. Всего на секунду замешкавшись, я застыл на месте. А дальше спрыгнул со снегохода и уверенной походкой направился к парню. Возле правого плеча летит Яр, слева идёт Мирный и скалится. Он прекрасно чувствует всё, что сейчас творится в моей душе. А я чувствую страх дорогой мне девушки. Слов не нужно. Парнишка остолбенел от одного нашего вида. «Я могу перегрызть ему глотку. Только разреши», — голос Мирного раздался в голове. Короткий взгляд на волка: «Просто напугай». И зверь двинулся вперёд меня, клацая зубами и разбрызгивая слюну. Парнишка разве что не завизжал от парализующего ужаса.
— Отпусти, — одна фраза и он метнулся к двери, освобождая Ангелину из плена.
Она выскочила напуганная, шумно дыша и отбегая в сторону, но тут же застыла на месте, увидев меня. Я не смог взглянуть на неё. Ещё рано.
— Приблизишься к ней ещё раз и тебя постигнет участь твоих вшивых псов! — сквозь зубы процедил я, не сводя глаз с оппонента. Он лишь кивнул, смотря на меня расширенными глазами, где чётко читался страх.
Мирный дополнил мои слова устрашающим рыком, и парнишка прыгнул в машину и со шлифом тронулся с места. А я наконец взглянул на Ангелину — девушку, что поселилась в моей душе навсегда. И пусть она была растеряна и напугана, но взгляд изумрудных глаз смягчился, увидев мою улыбку. Я неуверенно шагнул к ней, а она, подпрыгнув на месте, кинулась в мою сторону. Девушка повисла на моей шее, громко всхлипывая, а я обвил хрупкое тело руками, утыкаясь носом в шею и вдыхая аромат, который вскружил голову. Мне захотелось прижать её сильнее к себе, и я не смог отказать себе в этом удовольствии. Стиснув в объятиях, я приподнял девушку над землей и заглянул в глаза, являвшиеся мне во снах. Она реальна. Она в моих объятиях. Она рядом.
Мы даже не поздоровались, когда наши губы нашли друг друга, поймав волну восторга. Её мягкие, отзывчивые уста… я так мечтал о них. Её бархатный язык… как мне хотелось, чтобы он ласкал меня вечно. Это можно было сравнить разве что с полётом. Когда взмываешь ввысь и камнем кидаешься вниз. Дух перехватывает, кислород выходит из лёгких, голова начинает кружиться.
— Как ты нашёл меня? — оторвалась она от моих губ.
— Я просто почувствовал, что нужен, — ответил еле дыша, отпуская её на землю и утопая в зелени удивлённых глаз.
— Ты снова спас меня, — прошептала она и вновь прижалась губами ко мне.
Все её чувства отдались внутри моего сознания. Благодарность, нежность, желание. Меня накрыло лавиной, выкинуло в пространство, и снова я поселился в её голове. Она впускала. Отдалась, доверилась. Каждой клеточкой я чувствовал лишь её. Это невероятно. Наши души словно объединились, подобно моей и Мирного. С того момента, как волк стал моим тотемом, каждая его эмоция отзывалась во мне. Страх, любовь, отчаяние, скорбь. Я познал весь спектр чувств вместе с ним. Сейчас же чувствовал лишь её. Она просила не останавливаться, просила большего. И я был готов ей дать это, но откуда ни возьмись в душе поднялась тревога: предчувствие беды, краха, падения. И я летел вниз камнем с отвесной скалы на крыльях беркута.
Я отшатнулся, словно кто-то дал под дых. Словно рывком опустил на землю. Я зажмурился. Сотня голосов в голове. «Что происходит?», — взвыл голос Мирного. «Ты с нами?», — воскликнул Яр. И тут я понял лишь одно: приближаясь к Ангелине, я терял связь со своими животными. И они чувствовали это, всей душой ощущая страх и непонимание. Я не мог потерять их. Поэтому кинулся прочь от развратных желаний и девушки, которая так опасно влекла. «Это испытание духов», — билось в голове, когда, запрыгнув на снегоход, я оглянулся и взглянул в растерянные глаза Ангелины. Прочь!
«Ты выбрал нас?»
«Ты не можешь разорвать связь».
«Так велели предки».
«Не нарушай законов своего рода».
«Тебе не избавиться от нас».
Голоса Мирного и Яра по очереди звучали в голове, когда я мчался назад к селению. Растерянный, абсолютно ничего не понимающий и запутавшийся. Часть моей души осталась с зеленоглазой девочкой, а часть рвалась назад к корням. И вторая побеждала. Слишком долго мне прививали ценности моего мира. Слишком сильно я дорожил своими корнями.
