Только я принимаю эту мысль — он возникает передо мной размытой картинкой. В лучах желтого света он целенаправленно движется ко мне. Улыбается. В глазах играют чертята. Это тот Макарий, что был в лесу. Озорной мальчишка. Невероятно сексуальный и милый. Он подходит вплотную и без раздумья запускает кисть в мои волосы. Теперь его лицо наклоняется ко мне, и вспышка… мы целуемся. Нежно, чувственно, но глубоко и возбуждающе. Я чувствую его поцелуй будто наяву. Тепло рук, нежность губ, глубину дыхания. Я захлёбываюсь от переполняемых меня нежности и страсти. Это будто водоворот, который засасывает в пучину любви и вожделения. Один шаг, и он опрокидывает меня на кровать. Его руки проходятся вдоль позвоночника, овивая, забирая в плен. В животе зарождается трепет, в душе — желание, и вот я уже в голос стону. Боже! Это что-то невероятное. Это сумасшествие! Ведь его даже нет рядом, а я чувствую его каждой клеточкой тела. Осознание происходящего медленной поступью пробирается в мозг. Осторожно, потихоньку, но целенаправленно.
— Стоп! — кричу я, вскакивая с кровати. — Прекрати!
Но он не слышит, он снова пробирается в сознание. Я больше этого не выдержу. Метаюсь к окну, распахиваю его и кричу что есть мочи:
— Где ты?!
В голове проясняется, он покидает мои мысли, и через мгновение Макарий показывается из-за ветвей дерева.
— Здравствуй, Златовласка, — как ни в чём не бывало улыбается наглец.
— Здравствуй? Ты серьёзно?! Что, черт побери, ты творишь?!
— Тебе понравилось? — пытаюсь возразить, а он, нахально улыбаясь, перебивает. — Самой себе можешь не лгать.
Макарий насквозь промокший, с улыбкой до ушей и горящим взглядом стоит под моим окном. А я даже на секунду теряюсь, не зная, что ответить. Он прав: мне понравилось. Это было необычно и чувственно. И то, что я в восторге, хоть и стараюсь показать обратное, он знает наверняка.
— Уходи, — приглушённо говорю я.
— Физически я уйду, но каждую ночь буду в твоих мыслях, потому что ты сама этого хочешь.
— Не хочу, — упрямо заявляю я.
— Если бы не хотела, меня бы не было в твоей голове.
— Ну, ладно, хочу! Доволен?! — свирепо кидаю. — Но это ничего не меняет. Тебе лучше вернуться обратно в селение.
— Не могу, — скалит белёсые зубы. — Меня отпустили к тебе. И если я когда-нибудь вернусь домой, то только с тобой.
Что?! Ошарашенно уставилась на него, хватая ртом воздух. Хочу возмутиться, послать его, обругать, но не могу выдавить ни звука, лишь непонятное мычание, а он нахально улыбается. Наглец! Захлопываю окно. Пусть валит, куда хочет!
Она с грохотом захлопывает окно. Забавная. Надо бы расстроиться, но я не могу. Всё внутри меня ликует. Сегодня я чётко понял, насколько Ангелина без ума от меня. Её тянет ко мне так же сильно. Если бы я не был в её мыслях, то мог бы допустить обратное, но я знал наверняка: девушка всем сердцем жаждет быть только со мной.
Прошло не больше минуты, и задняя дверь её дома отворилась, Ангелина оказалась на пороге. Она не кинулась в мои объятия, но по её растерянному виду я понял всё. Всего один взгляд и всё стало ясно.
— Заходи, — с напускной гордыней произнесла девушка и, вздернув подбородок, резко развернулась, направившись по лестнице, ведущей наверх. Я лишь хмыкнул и без раздумий пошёл следом.
Но в стенах её комнаты всё пошло против меня. Впустив меня в дом, девушка сама того не зная запустила цепную волну. Находиться в замкнутом помещении с объектом своих грёз — то ещё испытание.
Я замер почти на проходе, лишь прикрыв за собой дверь. Она на расстоянии, возле кровати. Слов не было. Я всё знал и так. Читал в распахнутых изумрудных глазах. В голове снова побежали картинки с её участием. Сам того не осознавая, я посылал в её мозг сигналы. Мои чувства восстали. Я просто не мог их контролировать, жадно шаря по телу девушки.
— Хватит, прошу, — прошептала она, прикрыв глаза.
Уверенно шагнул к ней, переступив порог дозволенного.
— Ты тоже чувствуешь это? — спросил, наклоняясь к желанным губам.
Как же я хотел вкусить их. Просто больше был не способен думать о чём-то другом. Она точно ведьма. Как ей удаётся так действовать на меня?
— Я всё чувствую. И твоё желание, и твои ласки. Всё, — выдохнула она.
Я прикоснулся к фарфоровой коже её лица. Скользнул по румяной щёчке, обвёл контур губ, скулу. Запустил пальцы в пшеничные волосы. Она вздохнула, закрывая глаза.
Больше я не сдерживался. Я накинулся на мягкие уста в жадном поцелуе. Голова закружилась от восторга. Это лучше, чем в сознании. Это предел блаженства. Я словно пил из благословенной чаши. Словно отправился к праотцам в лучший мир духов.
Она правила балом. Её руки ласкали со знанием дела, увлекая в полёт. И я послушно летел. Тело стремилось ей навстречу, жаждало сладких прикосновений. В блаженном дурмане мы и не поняли, как распрощались с одеждой и только тогда смогли оторваться друг от друга.
