Произнеся это, он с хэканьем бьет ножом в стену. Просвистев в сантиметре от моего лица, острие врезается в штукатурку, оставляя борозду в несколько миллиметров глубиной. Сердце буквально выпрыгивает из груди, не могу ни пошевелиться, ни вымолвить слова. Волосы дыбом... Вдруг начинает играть мелодия. По рингтону понятно, что звонит кто-то из родных.
- Бери трубку! - приказывает детина.
Я достаю телефон, отмечая хищный взор на ублюдочной роже.
- Алло. - стараюсь придать голосу уверенность, но вместо этого выходит какое-то невнятное дребезжание.
- Алло, Стасик, все в порядке? - моментально почуяв неладное, взволнованно спрашивает мама.
- Да... Все нормально... Я перезвоню.
- Ты где?
- В подъезде стою...
Большой палец детины с силой вжимает кадык в горло. Я закашливаюсь.
- Алло, сыночек? Что случилось?
- Я перезвоню. - повторяю я и кладу трубку.
Практически сразу мерзавец пытается ударить меня головой в нос, но я успеваю увернуться и удар приходится под правый глаз.
- Ты чо, мразота е***ая?! Ты охуел что ли?! Все из карманов, б***ь, живо!
Он не моргая смотрит на меня, пока я достаю ценности. Первоначальный шок прошел, на смену ему пришли злость и обида. Все бы отдал, чтобы узнать как зовут этого гондона.
- Заметь, я еще не в нос бью. - слышу откуда-то сверху.
Поднимаю голову.
- Наверное, я должен сказать «спасибо»?
Глаза детины сужаются. Через секунду я получаю второй удар, точно в переносицу. С щелчком появляется чувство онемения, быстро сменяющееся тупой, ноющей болью. Неприятная, теплая влага струится по лицу, оседая медным привкусом на губах, стекая по подбородку и шее, где, огибая пальцы детины, расплывается по воротнику.
- Как ощущения? Попи*ди мне еще, умник.
Забрав телефон и бумажник, вертит в руках ключи. Татуировка между большим и указательным пальцами - пять точек, как на игральной кости.
- Кто в квартире?
- Родители.
Повисает густая тишина. Детина сверлит меня взглядом, прикидывая вру я или нет, затем выбрасывает связку в шахту, вытирает залитую кровью руку об подаренную мамой рубашку, после чего покидает тесное пространство, все еще держа нож в руке. Я слышу как в холле он с щелчком складывает его перед тем, как хлопнуть дверью.
Через мгновение меня выворачивает.
16
С чашкой горячего чая я сижу в сто четвертом в компании Макса, Бини, Егора и Мани. Нос распух и жутко болит. Утреннее чаепитие только началось, время от времени ловлю на себе осторожные взгляды, но вопросов никто не задает. По телевизору показывают шествие людей с плакатами, мужчина лет тридцати пяти вещает с трибуны, косноязычный доклад наполовину состоит из слов «коррупция», «нефть», «деньги». Биня равнодушно отворачивается от экрана.
- Стандартное выступление в жанре «Путин виновен в том, что я дегенерат». И свора лопоухих на подсосе. Мне интересно, с чего вдруг люди, жизнь просидевшие с пальцем в заднице, все разом решили, что у них должна быть активная гражданская позиция? Куда вы лезете, б***ь? - на экране некрасивый человек в очках и фиолетовой болоневой куртке. - Живите кем жили. Или разберитесь сначала со своими засранными обоями, со своими разъебанными гарнитурами. Сидят в своих облезлых кухнях, на своих просиженных диванах, пьют чай из треснутых кружек и решают, как нам Россию-матушку спасти, что же нам делать надобно.
- Но ведь все эти жирные морды в правительственных аппаратах, они же воруют! - возражает Маня. - В стране непонятно что, все, за что ответственно государство - все в настолько плохом состоянии, что хуже некуда. Ни бизнесом не заняться нормально, ни на работу устроиться! Про поступить на учебу в приличный ВУЗ я уже не говорю, везде блат! Попробуйте полечиться в местной поликлинике, лечились ведь? Везде хамство и необязательность. ТСЖ, пенсионный фонд... сплошное испытание, боишься лишний раз обращаться!
