— А теперь непременно захочет, — выспренне заверила меня Соли, — женщины ценят подвиги, а ты совершил такое!
— Какое?
— Обуздал Таймер, искал её, вызволил её из плена, подарил ей целую, не раздробленную по 28 дней, жизнь! — она говорила так, словно всё оглашённое уже состоялось.
Соли бросила взгляд на часы, разумеется, стрелка за это время почти не сдвинулась.
— У Шало последняя смена. Через 28 дней он вернётся домой.
Сердце моё кольнуло. Радостно ли? Не буду сегодня искать ответ. Я устал. Жёлтая ягода высосала из меня все соки в обмен на свои.
Мы давно уже съели привезённые мною яйца и сахар, муки осталось не много, едва ли на одну опару, но нам хватало овощей из огорода, солений и маринадов. Погода в деревне и правда была непредсказуема, кувыркалась, словно простуженный линяющий медведь. То чихала моросью дождя, то заваливала дом пухом снега так, что невозможно было открыть дверь изнутри. Всё это могло случиться в один день!
Меня не покидало ощущение беспокойства и неправильности происходящего. Не в природе, нет.
Я — здесь — взял напрокат жизнь Шало, а он — там — ищет за меня моё счастье. Только можно ли в полной мере преуспеть, занимаясь чем-то и за кого-то?
Я ждал друга с нетерпением и настороженностью. Соли всё чаще щебетала, на разные лады расписывала нашу будущую совместную жизнь с Ивис в маленькой комнатке на чердаке, прочила нам долгие циклы счастья, а я всё больше мрачнел, одолеваемый сомнениями.
Ивис сказала, что не хочет быть со мной. Столько времени прошло, что я теперь сам не понимаю, хочу ли снова сойтись с ней? Возможно, искать её стало привычкой, мучительным процессом, ценность которого именно в бесплодности? Мне не нужен результат, мне нужна эта странная внутренняя истома, погоня за призраком. Что будет, если мы встретимся? Два чужих человека, на короткое время оказавшиеся когда-то невероятно близки. Это ли не страшнее, чем повстречать незнакомца? С незнакомцем можно построить будущее, а какое будущее ждёт тех, кто уже забыл совместное прошлое?
Что же ты натворил, торопыга Шало! Шало — дурачок, мечтающий всех осчастливить… Ответственный Шало, привыкший раздавать долги… Шало — друг… Шало — заботливый товарищ. Только разве ж можно осчастливить другого, в особенности того, кто и сам ещё не знает, в чём его счастье. Что же ты наделал, Шало!..
…И вот однажды друг вернулся. Один.
Он был понур и смутен. Таким подавленным я не видел его никогда.
Дети спали, мы с Соли вышли встречать его. Она — в ночной рубашке, я в повязанной на манер тоги простыне и босиком.
Соли коротко поцеловала Шало. Он остановил рассеянный взгляд на мне и я, к стыду своему, отвёл глаза.
— Я не нашёл её, — еле слышно прошептал он, — одного таймеровского цикла оказалось мало.
Он был беспомощен и невероятно изумлён своей беспомощностью. Он всегда верил в своё всемогущество, а тут — неудача.
— А как же комната? Я так ждала… — Соли была расстроена куда больше моего.
— Я подвёл тебя, Пай, — Шало смотрел на меня ясным взглядом, тем самым, прежним, детским, наивным. Мне стало страшно: ещё несколько слов и мыслей в подобном тоне и бенгальский огонь его рыжей головы сгорит дотла, погаснет и больше не воспылает.
Я осторожно начал подбирать слова, будто удерживал в ладони маленький огонёк и боялся одним дыханием, лишним движением губ затушить его.
— Шало… Ты — тот, кто всегда дожидается своих поездов. Я — тот, кто научился лбом распахивать двери. Мы оба — люди со сверхспособностями. Я чудесно провёл время в деревне, прожил несколько смен, собирая коренья и ягоды, полол грядки и окучивал землю. Но всё это не моё, Шало.
Я словно опять взял в руки уголь и рисовал на белой стене. Рисовал свою мечту. С каждым словом она казалась более зримой и доступной.
— Я хочу вернуться в Таймер, Шало. Я хочу ходить из сектора в сектор и однажды, воспользовавшись новым знанием, остаться в одном из них навсегда. Наверное вам интересно построить на окраине большого мира свой личный, крошечный, но мне важно совершить что-то стоящее в том, огромном мире! Сделать его чуть теплее, чуть понятнее. Мне нужен Таймер. Я хочу быть в Таймере. Я хочу, чтобы Таймер узнал меня и запомнил. Мне кажется, что я стою на пороге чего-то нового.
Я переводил взгляд с Шало на Соли, и видел в их глазах понимание. Я больше не боялся говорить, не боялся затушить неокрепший огонёк. Он не погаснет. Он разгорится снова, даже если я закричу в полный голос.
— Я хочу чего-то, чего до меня не существовало, но чему давно пора бы появиться. Прости, дружище, но мне сейчас не нужна Ивис! Не нужна комната на чердаке и не нужна жизнь здесь! Но я обещаю, что однажды я приду в этот дом и буду ночевать на немыслимо красивом белье с той, чьё имя будет для меня что-то значить…
Я протянул другу руку и он крепко прижал меня к себе.
— Ты не сердишься на меня, Шало?