Таймлин 2 полностью

— Ты же знаешь, что я ещё не решил, стоит вообще связывать свою жизнь со Звёздным Флотом Земной Федерации и всеми проблемами, что сулят мне в этом случае. К тому же у меня сейчас есть дела куда важнее. На Окинаве меня ждёт сестра. Ждёт помощи отец. На меня возлагают большие надежды Гилдарст, Проповедник и ещё множество людей на Вериго. И я хочу помочь системе Двойного Серпа освободиться из-под власти заражённых. Хотя всё чаще начинаю задумываться над тем, что свободные владеющие практически ничем не отличаются от заражённых. И это разделение — невероятная глупость. Просто одна часть человечества решила последовать за профессором Гамильтоном, а вторая — за его ученицей.

— Они предлагали разные способы дальнейшего развития человечества, и ничего больше, — согласилась со мной Гея. — А яд заражённых — это лишь побочный эффект от столкновения сильнейших владеющих. Подобное случалось и раньше, когда проигравшие отравляли питьевую воду, заражали территорию противника смертельными вирусами, радиацией, всякими химическими веществами и так далее. За историю человечества наберётся множество примеров, но суть одна. И ты знаешь, только оказавшись в резиденции Гамильтона, я начала понимать это, словно здесь отключились какие-то сдерживающие механизмы.

— Профессор Гамильтон также прекрасно это понимал и не хотел, чтобы человечество разделилось на два враждующих лагеря. Даже когда Энн Райс решила отвернуться от него, он пытался договориться. Пытался найти выход, как разрешить всё мирным путём.

Я оказался в просторной комнате, где, на удивление, не было пыли. Впрочем, здесь не было вообще ничего, за исключением тонкой металлической подставки, на которой находился кусок звёздной стали. Покорёженный, местами оплавленный и покрытый тёмными пятнами. Словно это единственное, что осталось от боевого корабля после сражения.

— Так и есть, — заворожённо произнесла Гея, оказавшись рядом с постаментом. — Это единственное, что осталось от сильнейшего корабля, когда-либо созданного владеющим. Осколок боевого планетоида, который и позволил профессору Гамильтону разгромить заражённых, заставив их бежать далеко за пределы обжитых систем.

— Остаётся только понять, кто и зачем поместил сюда этот обломок? — произнёс я, отчего-то не решаясь подходить к постаменту ближе чем на несколько метров.

Я всё ещё стоял на пороге комнаты и смотрел на реликвию, показывающую истинную силу человечества. Корабль размером с целую планету, который всё же был уничтожен.

— Это сделал автоматический модуль, который я оставил специально для подобного случая, — раздался приглушённый голос, заставивший нас с Геей замереть, а сердце пропустить сразу несколько ударов.

Я уже множество раз слышал этот голос в своих снах. Да и Гея его прекрасно знала. Он принадлежал профессору Гамильтону. Вот только сколько бы я ни крутил головой по сторонам, но так и не смог его увидеть.

Да и не могло такого быть. Профессор погиб в сражении с Энн Райс. Тому было множество свидетелей. Хотя мне и удалось уже встретить несколько владеющих, которые сумели приспособиться и не только выжить в Великой Битве, но и дожить до наших дней.

— Не молчи. Спроси, кто это? — обратилась ко мне Гея, явно не собираясь показываться неизвестно кому.

— Кто это говорит? — последовал я совету чёрной валькирии, которая облачилась в броню и была готова броситься в бой в любое мгновение.

— Отголосок некогда действительно мудрого и сильного владеющего, — вновь раздался голос Гамильтона.

На этот раз я смог определить, что исходит он от дальней стены, которая совершенно ничем не отличалась от остальных. Но, присмотревшись внимательнее, я смог уловить едва заметную искру Та’ар, которая медленно тлела и была готова исчезнуть в любое мгновение.

— Отголосок, оставленный для гостей, которые смогут пройти через все меры предосторожности, что когда-то здесь оставил. Как тебя зовут, владеющий? И раз ты сумел попасть сюда, то, должно быть, очень силён. Возможно, кто-то ещё смог подняться на шестой порядок. Помнится, я оставлял чёткие указания, как совершить переход и что для этого нужно.

— Икар, и я совсем не силён. Я совсем недавно смог перейти на третий порядок.