Таймырский Эрмитаж полностью

Олег Иванович вернулся в дом, не находя разумного решения. “Застрелить их и сжечь? Нет, выстрелить в живого человека я не смогу. Но как-то ведь надо от них избавиться. Сдать их в милицию едва ли что даст. Ловкий адвокат их отмажет, а меня вот и вправду могут привлечь по этой самой сто двадцать седьмой статье”. Послышался отдалённый рокот грома. Олег Иванович взглянул на барометр. На дисплее мерцали стилизованные молнии, предупреждающие о приближающейся грозе. “Эврика! [37] Передам-ка я судьбу этих ублюдков в руки божьего правосудия”. Приняв решение, Олег Иванович направился к пленникам. Приближение грозы стало уже очевидным. Громыхание грома стало явственным. На южной стороне неба образовался фронт тёмных облаков, который постепенно приближался. Молча Олег Иванович извлёк из щели между брёвнами длинный штырь с заострённым концом и закрепил его вертикально. Этот штырь он заготовил на случай отказа автоматики поджига его крематория после его кончины. Если не сработает автоматика, рано или поздно брёвна запалит разряд молнии, спровоцированный незаземлённым стержнем.

– Эй, Олег Иванович, вы что здесь мастерите? – подкованный в науке об электричестве Лопата догадался, что задумал их пленитель.

– Предаю решение вашей судьбы в руки высшей инстанции.

– Не дурите! Мы же так погибнуть можем.

– Значит, такова будет воля богов.

На этом Олег Иванович дискуссию прекратил и вернулся в дом. Через полчаса он вернулся с бутылочкой светлой жидкости в руке.

– Гроза уже близко. Гром вон как грохочет. Давайте-ка я вас усыплю, чтобы вам не страшно было.

Через минуту-другую пленники с хлороформовыми повязками у рта впали в очередной наркоз.

– Пошли, Шарик домой. Там нам гроза не страшна будет.

Через полчаса хлынул проливной дождь и молнии стали проскакивать со всех сторон света. Ослепительная вспышка, и незамедлительный оглушительный гром сотряс лёгкий дом Олега Ивановича. Он бросил взгляд на монитор камер внешнего обзора. Склад брёвен уже занялся пламенем, которое на глазах разгоралось, несмотря на потоки воды с неба. Через две минуты высоченный рыжий столб извивался в бешенной пляске над уснувшими вечным сном пленниками.

Гроза ушла на северо-восток. Похолодало. На месте склада брёвен лежала широкая куча золы. Порывистый ветер пригоршнями поднимал её и уносил вдаль, рассыпая её над тундрой. Шляпки грибов неподалеку от пожарища покрылись тончайшим серым слоем. Ранним утром Олег Иванович решил, что пора бы послать весточку брату Константину. “Дорогой брат. Извини, что даю о себе знать так поздно. Представляю, как ты изнервничался. Спешу тебя успокоить. Бандиты ко мне до сих пор не добрались. Я начеку, двери у меня заперты. Камеры внешнего обзора работают исправно. Всё в порядке, но без приключений не обошлось. Сегодня ночью случилась здесь редкостная гроза. Ничего подобного я не видывал и на юге. И вот результат: сгорел мой дровяной склад, который я припас на всякий случай – здесь же каждая щепка на вес золота. Надо же было молнии в него попасть. Да и я, дурак, не поставил над таким горючим материалом громоотвод. Признаюсь честно, что ожидание непрошенных гостей оказалось очень трудным занятием. Скорее бы уж они объявились, а то у меня нервы уже на пределе. Представь, сегодня я спал с карабином в обнимку. Бывай здоров, твой брат Олег”.

Через сутки в Красноярск ушло новое сообщение. “ Дорогой Костя, похоже, бандиты заблудились или передумали. Или они вообще не планировали меня навестить. Пока полная тишина. С приветом, Олег”.