“Дорогой брат! Надеюсь, у тебя всё в порядке. На днях я разговаривал с одним компетентным человеком, и он посоветовал мне обратиться в краевой архив. В архивных документах крайздравуправления теоретически можно разыскать данные о твоём рождении и, возможно, о твоих родителях. Если ты не сочтёшь мою инициативу вмешательством в твою личную жизнь, я бы просил у тебя благословения на посещение архива и получение хотя бы консультации, есть ли шансы узнать хоть что-нибудь о твоей матушке.
У нас зима по-прежнему лютует. Но разве это можно сравнивать с твоим “космосом”?! Пришла весточка от брата Йиржи. Надеюсь побывать на заседании ложи в марте.
Да, не забываешь ли ты принимаешь адаптогены [23] ?
С братским приветом,
Константин”.
Олег Иванович с волнением перечитал электронное письмо дважды и тут же натюкал ответ:
“Дорогой брат! Я очень рад твоему вмешательству в мою личную жизнь. Я – старый осёл – только недавно задумался о существовании архивов. Если тебя не затруднит, сходи в самом деле в краевой архив. Переговори там с руководством. Я готов щедро пожертвовать на нужды архива и оплатить работу архивариусов. Пусть они поищут, кто же всё-таки умер при родах тогда в Дудинке. Если найдётся какая-нибудь зацепка, то появятся надежды хоть что-то узнать о моих родственниках. Ведь они наверняка были и, возможно, есть.
С братом Йиржи я уже установил связь. Он говорит, что мне завидует. Предлагает как-нибудь провести заседание ложи на моей станции. А что? Было бы здорово.
С нетерпением жду от тебя новостей из архива. Повторяю, я готов потратиться. Наверняка у них есть типовые договора на архивный поиск. Я подпишу любой подобный договор.
Особое спасибо за аралию. Она на меня действует просто сказочно. Лимонник и родиола [24] такого эффекта не дают. Я их пока отложил в сторону.
Да, всё хотел тебе похвастаться, что я вполне освоил искусство хлебопечения. Знал бы ты, какой шикарный хлеб я выпекаю! Мука-то у меня особая, на Ставрополье закупленная. И поставщик не обманул – мука из воистину твёрдой пшенички. Такой хлеб и Шарик, и Кузя уплетают с урчанием. Да и вода здесь у меня, похоже, самого высшего качества. Так что, здесь у меня курорт.
С братским приветом,
Олег” .
Прошли три месяца, совпавшие с полярной весной. Дни стремительно удлинялись, ночи так же стремительно сокращались. И вот настал день, когда солнце так и не скрылось за горизонтом. Олег Иванович отметил приход полярного дня рюмочкой “Метаксы” у монитора компьютера, с наслаждением прокатывая капли ароматного напитка по языку. Рюмка была уже почти пуста, когда мелодично прозвучал сигнал о приходе электронного сообщения. Радостное предчувствие охватило Олега Ивановича, и он с волнением открыл почту.
