…Главным же было то, что Грабин не врал. Ни в единой запятой. Он мог ошибаться в своих оценках, не боялся сказать о своих ошибках, но подлаживаться под чужую волю он не мог. И когда из всех туманностей и недоговоренностей стало ясно, что от него требуют не частных уточнений и смягчений излишне резких формулировок, а требуют лжи, он сказал: «Нет». И объяснил: «Я писал мои воспоминания не для денег и славы. Я писал, чтобы сохранить наш общий опыт для будущего. Моя работа сделана, она будет храниться в Центральном архиве Министерства обороны и ждать своего часа». И на все повторные предложения о доработке повторял: «Нет». А в одном из разговоров в те тяжелые для всех нас времена произнес еще одну фразу, поразив и меня, молодого тогда литератора, и М.Д.Михалева, литератора немолодого и с куда большим, чем у меня, опытом, пронзительнейшим пониманием самой сути происходящего: «Поверьте мне, будет так: они заставят нас дорабатывать рукопись еще три года и все равно не издадут книгу. А если издадут, то в таком виде, что нам будет стыдно».
Так, скорее всего, и было бы.
Сегодня книга воспоминаний Василия Гавриловича Грабина приходит к читателю в первом варианте, на котором он поставил свою подпись…
Ещё раз.
Чувствуете разницу?
Когда-то существовало в России полузабытое сегодня понятие. Слово чести. Предлагаю самому читателю решить, какое из двух произведений соответствует этому понятию.
Слово чести.
Феликс Иванович Чуев вспоминал о таком эпизоде.
…Мне рассказывал Чрезвычайный и полномочный посол В.Семенов, что на большом собрании в Кремле Хрущев заявил: «Здесь присутствует начальник Генерального штаба Соколовский, он подтвердит, что Сталин не разбирался в военных вопросах. Правильно я говорю?» — «Никак нет, Никита Сергеевич», — ответил маршал Советского Союза В.Соколовский…
Вы думаете, легко ему так ответилось?
Маршал Соколовский, проживший долгую и непростую жизнь, не был, конечно, совсем уже сахарным человеком. Наверняка приходилось ему и с совестью идти на компромиссы, где-то и слукавить, и смолчать… Грешен человек и нет ангелов на земле в человеческом обличье.
Последствия своего ответа понимал, конечно.
Только ведь бывает так. Бывает, что солгать, это значит — потерять честь.
Здесь был именно такой случай.
Говоря о В.Г.Грабине, невозможно не вспомнить ещё и о другом человеке, сказавшем своё собственное слово чести. Я имею в виду Главного маршала авиации А.Е.Голованова.
Особо хочу отметить, что не был он никаким восторженным поклонником Сталина.
Читаем.
А.Е.Голованов. «Дальняя бомбардировочная…»
…Вспомнилась и моя единственная сестра… Ее муж был оклеветан и расстрелян как «враг народа». Сестра с детьми влачила жалкое существование… Вспомнился и покосившийся на всю жизнь рот моей жены, которую допрашивали в «органах»…
И собственная его судьба, исключение из партии, бегство из Иркутска, значительное понижение в должности…
