В Гонолулу ждал вертолет, чтобы доставить ее на ранчо Канон, в дом Брэда. Они низко летели над пляжем Уайкики, затем поднялись выше над горами, и у Фил захватило дух от развернувшейся перед ней картины: черные скалы и изумрудный океан, брызжущий пеной. Облетев Даймонд-Хэд, они приблизились к дому Брэда. Фил изумленно смотрела на него. Она лишь сейчас начинала понимать, насколько богат Брэд Кейн. Сверху особняк Кейнов выглядел огромным. Он простирался через пышные зеленые сады пальм к самому подножию гор.
Брэд ждал на лужайке. Как только вертолет сел, он побежал навстречу. Он схватил Фил в объятия, и его красивое лицо озарилось улыбкой:
— Господи, как я скучал!-Он прижал ее к себе.
— Вот, -гордо махнул он рукой. Фил повернулась, глядя на длинный низкий дом, череду павильонов в гавайском стиле, соединенных скрытыми переходами. — Он не слишком изменился со времен дедушки Арчера, -пояснил Брэд, -только увеличился в размерах.
Они поднялись наверх по ступеням, подальше от палящего солнца, в тенистую прохладу комнат. Убранство дома было простым: полы светлого мрамора, скромные светлые портьеры, интерьер выдержан в светло-зеленых тонах огурца и мяты. Темные древние гавайские сундуки и массивные столы соседствовали с современной мебелью и яркими абстрактными картинами.
Слуги-китайцы-были одеты в белые костюмы и мягкие черные тапочки, в которых можно было совершенно .беззвучно передвигаться по мраморным — , полам. Когда Брэд вел ее по дому. Фил заметила, что они не улыбаются и отводят глаза подавая напитки.
Первым делом Брэд показал ей свою гордость и радость-три картины Хакни. Затем он повел ее в галерею к огромным полотнам Роско и туда, где висели изящные кувшинки Моне. Там же, в гостиной, находилось множество работ Эдварда Хоппера, 0Кифи и других современных художников, неизвестных Фил. Наконец Брэд привел ее в строгую столовую и показал семейные портреты.
— Это-Арчер.
Брэд встал перед портретом очень красивого мужчины с золотистыми волосами и жесткими голубыми глазами. Он был изображен сидящим очень прямо в большом кожаном кресле с высокой спинкой. Руки были крепко стиснуты. Фил подумала, что портрет вполне может потрескаться: такое исходило от этого человека напряжение.
— А это Шантал, моя бабка, -произнес Брэд. Фил посмотрела на портрет:
— Я не слышала о ней.
— Шантал 0Хиггинс, -горько заметил Брэд.-Полуфранцуженка, полуирландка. Еще услышишь.
Фил сочла Шантал, серебристую блондинку с капризным ртом и недовольным видом, красавицей.
— А это Джек, мой отец, -сказал Брэд. Портрет Джека, в отличие от остальных, не был формальным. Он сидел верхом на вороном жеребце. На его красивом лице играла веселая улыбка, и он являл собой превосходный образчик богатого, самоуверенного, молодого владельца ранчо.
— Он не соглашался позировать, -объяснил Брэд.-Художнику пришлось рисовать его в движении. Это-его любимый конь Вулкан. Жеребец соответствовал своему имени. Насколько я знаю, он убил одного человека.
— Убил?
— Да. Сбросил. Была вечеринка, и один парень хвастался, что может ездить верхом на ком угодно. Ну, Джек и посадил его на Вулкана.-Брэд беспечно засмеялся.-Урок пошел ему впрок.
Фил вздрогнула, подумав о том, кем надо быть, чтобы устроить такое, зная, что лошадь опасна.
— А вот моя мать, -тихо сказал Брэд.-Ребекка. Она была изображена на портрете в полный рост и столь же прелестна, как ее описывал Брэд: нежное овальное лицо, голубые миндалевидные глаза и волнистые черные волосы. Она призывно улыбалась. Облегающее шифоновое платье, зеленое, как воды Нила, было перехвачено под грудью лентами из атласа в стиле ампир, оставляя грудь полуоткрытой. В одной руке Ребекка сжимала букет кремовых лилий, а вторую свободно положила на спинку кресла. В портрете Ребекки сквозило богатство и непреодолимая чувственность: богатая обивка кресла, шифон, атлас, блеск изумрудов и бриллиантов, сама кожа изображенной женщины. Создавалось впечатление, что художник чересчур близко знал ее, что у них был роман.
— Она очень красива, -сказала Фил. Брэд пожал плечами и отвернулся:
— Да. Вот и вся семья.
— Как? Ни братьев, ни сестер, -поддразнила она.
— Их можно не брать в расчет, -резко заявил он, выходя под лучи солнца.
Было очень жарко и влажно. Фил пожаловалась, что боится растаять на солнцепеке. Они отправились купаться.
Бассейн шестидесяти футов длиной был полон синей морской воды и, казалось, переливался в бесконечность, за вершину гор. Фил нырнула, поплыла, затем, перевернувшись на спину, принялась созерцать облака, сгущающиеся в голубом небе.
— Грозовые тучи, -нахмурился Брэд.-Надеюсь, завтра будет хорошая погода. Я хотел показать тебе ранчо.
