Восход занялся вовсю. Марина пошатнулась и во все жадные глаза, жаждущей душой взглянула туда, желая окунуться в новый старый мир. Внезапно вся боль из тела ушла, и Мара почувствовала себя такой здоровой, какой никогда не была, как будто ее не били. Это было так удивительно, что она улыбнулась и хотела чуть ли не идти гулять по прекрасному мосту.
Но отличное самочувствие прошло так же быстро, как страдание. Марина вдруг ощутила, как екнуло под ребрами и в глазах все задрожало. Она решила, что сейчас упадет. Сердце трепетнуло второй раз, будто хотело остановиться прямо сейчас. Марина засеменила до стеклянной стенки и оперлась о нее плечами. В голове пронеслось, что боль Маришки была ее болью, и значит, они так срослись, что смерть одной означала смерть другой. Должно быть, Марина не наделила ее способностью отлично плавать, и девушка уже захлебнулась в нечистых водах городской реки… Марина рухнула на пол, ни о чем не жалея.
Глава 29
В то время как Агнесс повергла Варфоломея, впритирку к подъему на скалу все еще сражались Мирослав и Алан. Соперники ни на йоту не уступали друг другу, однако в последний момент Мирослав умудрился прозевать выпад генерала гордыни и получил точнехонький удар навылет в сердце, который оставил лидеру небесного легиона только со стоном повалиться на камни.
Алан вытащил меч из чужой груди и остановился на мгновение перевести дух, потной рукой поправляя растрепавшиеся черные волосы.
— Бездна!.. — вырвалось у Князя при виде того, как в Варфоломея всадила меч женщина, которая отказала Владыке ада не далее чем сегодня с утра.
— Что я говорила! — воскликнула Диана. — Да твой первый генерал годится лишь на то, чтобы девок Ральфа пугать и кувыркаться со своей проституткой Жанной!
Ее глаза были полны глубочайшим злорадным удовлетворением. На губах сама собой заиграла белоснежная улыбка. И если в Диане жило желание выиграть битву, было непонятно, как она могла в своей голове его реализовать при встречном хотении видеть, как переломают кости всем генералам преисподней, не менее ненавистным, чем ангелы.
— Знаешь что, дорогая?.. — Князь перевел на нее блистающий, как черный кристалл, взгляд.
— Что? — нагло подняла брови Диана.
— Еще одно слово из этого рта, и я останусь вдовцом. Ты поняла, сколько метров лететь до подножья?! — рявкнул он.
Диана лишь всплеснула руками, пробормотав что-то про больное самолюбие и идиотскую мужскую солидарность.
— Защищайся, демон! — услышал Алан резвый женский крик.
Он повернул лицо. Со скалы надвигалась помощница архангела.
Сперва генерал сильно удивился, памятуя о том, что она полчаса назад сражалась с Варфом, а теперь идет на него без единой царапины. Исхода поединка он не видел. Его синие глаза прищурились, затем расширились до обычного разреза и вдруг сделались железно беспристрастными.
— Сражаться? — переспросил он, перекрикивая гул битвы. — С тобой?..
— Именно со мной!.. Защищайся! — повторила Агнесс, приближаясь в боевой стойке.
Ее ноги стали в выжидающей позиции, бирюза глаз была направлена прямо на него. Алан видел только правильные черты женственного лица и обрамлявшие их спутанные светлые волосы. Неожиданно взгляд генерала, не переменившись в корне, выразил глубокую усталость и даже, пожалуй, досаду, смешанную с горечью. Его губы напряглись и он, к удивлению Агнесс, ответил:
— Нет уж, красавица, с тобой я сражаться не буду.
— Как это? — сдвинула брови Агнесс. — Тебе придется биться со мной! Сегодня кто не с нами, тот против нас, третьего пути нет!..
— Отлично, тогда ты победила, поздравляю!.. — произнес Алан. Его рука вздернула меч, и он с силой кинул его лезвием вниз, вонзая на треть в камни.
Агнесс от ошеломления подалась назад.
— Но почему?.. — вымолвила она.
— По кочану и по капусте, — ответил Алан, глядя на нее своим завораживающе синим взглядом. — Радуйся, чего стоишь?! Возвращайся к своему архангелу и живите долго и счастливо, черт бы вас взял!.. — с резким ожесточением крикнул он. — В бездну всех…
Алан махнул рукой, повернулся к Агнесс спиной и зашагал с поля боя.
— Ты куда?.. — сама не поняла зачем, спросила помощница архангела.
Казалось, он не должен был расслышать.
— Пить, — последовал ответ.
Генерал гордыни шел сквозь битву, не обращая внимания на смерть воинов. Он направлялся к расщелине, из которой сегодня утром вышли демонские войска.
Он даже чуть не наткнулся на каких-то озверевших демонов, рубящихся с ангелами. Благо, что не сказал простите; его умение не смотреть по сторонам помогло. Возможно, это были его элитники. Но он уже не слушал, что ему кричат вслед, если что-то и кричали.
Агнесс, не в силах оторвать глаз, смотрела на удаляющийся силуэт, красиво очерченные широкие плечи, смолистые волосы некогда ангела, давно позабывшего свое призвание. Такого с ним не происходило никогда. Во всяком случае, на памяти Агнесс не было, чтобы начальник гордыни бросал меч и как на прогулке удалялся в разгар боя.
