Она его предала, тешась в объятиях викинга – одного, второго… На зло. Чтобы Ярослав прекратил их приваживать, не дарил им земельные угодья. Он, же с ними дрался, с каждым по отдельности, возмещая на них зло, ненависть.
Таким образом, его жена, сделала чистку на Руси, а когда увидела, что она стала не интересна ему, сошла с ума и уехала в Новгород, в монастырь, писать иконы, оставляя на каждой из них лик Ярослава Мудрого, мужа, хоть он ей постыл.
Она поняла, что он в те дни будет Князем на Киевской Руси, так как победил Викингов, те боялись въезжать на Русь, поодиночке они были не настолько сильны. Гибель их предшественников, была на слуху. И все говорили, что Князь – дальновиден и мудр, любит когда смотрят ему в рот, но тот кто против, того ждет не пряник, а кнут.
Викинги, скорее – всего, не ожидали от него, такой прыти. Коротконогим он не был, отнюдь. Он был высоким, хотя и сух. А посему… Тщедушие было, лишь в одном, что он был до скончания лет влюблен в Русь. Болезнь была его – сердечная боль, что прижилась в нём с детских лет.
Князь Владимир недолюбливал своего сына, лишь за то, что он был схож лицом со своей матерью. Она, же, как пишет летопись времен, была убиенная его рукой. Он не мог простить Отца, и в этом был его – сыновний не покой. Вопросы-ответы. Историю надо знать! Каждый трактат, лишь предположение. Правда, не найдена, еще никем…
Не сказанное им…
Как странно, что пролистав, как книгу, столетия, до слуха доходят слова, о том, что он хотел прокричать, сказать нам вслух. Он… Ушедший Гений, того старого, во многом, стильного века. Пушкин.
О чем, же не досказано, о чем не написано им…
Вопрос, который, он оставил на потом, завис, где-то там далеко, высоко. Быть может?! Чтобы потом, краешком глаза увидеть и дописать. О ней, о Руси.
Как много вложено в понятие РУСЬ для исконно русского человека. Он знал, что хочет понять её душу, но, к сожалению, души от нас далеко, высоко. Не объять, не понять не осязаемое.
Мерилом русской души, он считал – гармонию и красоту, которую с лихвой хватил, взяв в жены, Натали, красавицу. Красота ее, его обожгла, ранив сердце, испепелив душу. Но, как сладка, та краткая история любви. Ведь, она была скорее мимолетной, нежели долгой, длиной в жизнь. Заглавие к новому роману, который, он так и не дописал.
Он,Пушкин, не сумел постичь тайны души, своей Натали. Она, лишь, одним взглядом, своих разноцветных глаз, прочла его душу. И сделала вывод, что, он для нее прочитанная книга, в которой главный герой – мужчина средних лет, носимый в душе столько непомерной тяжести, с которой ему не хотелось расстаться, как с нательным крестом.
И это правда! Тяжестью в нем была трагедия РУСИ, которая его сопровождала чаяниями народа. Он впитывал ее изнутри. Старые улочки, дощатые тротуары, беглый взгляд по сторонам.
«О, ужас!», – так вскрикнув, он приходил в неистовство в квартирах его друзей, которые жили по большому счету в нищете. Они отдавали голоса в его рейтинге, они понимали его творчество.
Роскошь… Он любил, но, она подавляла в нем ум. Он расстраивался, что не живет, как царь, а живет, как его раб. Ночами напролет он мечтал о богатой жизни, желал бы одаривать всех и вся, казаться в их глазах КОРОЛЕМ, пусть поэзии. Он знал, что, именно таковым, его находит люд в кабаках, ведь, там, у него, люда, на глазах, Пушкин, топил душу в вине, признаваясь в любви к РУССКОМУ мужику и бабе, восхищаясь внутренним миром простолюдина.
Он не допускал, что Русь может прослыть серой в чьих-то глазах. Он дрался на дуэлях, за вскользь брошенное, черное слово о ней. Для него, ОНА – РУСЬ: МАТЬ! РОДИНА! И это, его заставляло быть законопослушным по отношению к ней. Он буян по натуре, сдерживался пред обличием Царя. Тот уважал его, за любовь к Руси, именно тогда, они внесли, каждый по-своему новое веяние при дворе – литературные чтения, постановки спектаклей. Старик Державин был, почитаем им, как поэт, ведь он заставил влюбиться в Русь, посмотреть на нее со стороны любопытным взглядом. Начать отчет нового времени, выглянуть в окно, помахать приветливо ручкой ЕВРОПЕ, которая мнила себя фавориткой в Мире Искусств.
Петербург! Был, той негасимой свечой в его душе, тем РУССКИМ и ВЕЛИКИМ алмазом, который огранял и он, Пушкин, оттачивая словом, применяя новую технику в сложении стиха.
И он, как огранщик выносил на своих руках алмаз, что предстал, тем ВКЛАДОМ, который до сих пор, сохраняет дивиденды – твердого курса РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ И ИСКУССТВА. ЗОЛОТОЙ ЗАПАС НА ВЕКА, не только в ЕВРОПЕЙСКОМ, но и МИРОВОМ ФОНДЕ.
Однако как этот алмаз оттачивался, осталась за потайной дверью ушедших времён. Всё шло не так легко и гладко, как казалось завистливому глазу…
