– Именно сила дарит женщине понимание того, что она желанна. Только сила покажет, насколько она важна для мужчины. Сила не всегда должна быть направлена на женщину. А ты знаешь, сколько сил прикладывает мужчина, чтобы держать себя в руках рядом с женщиной? Эта сила могла помочь бы сдвинуть горы, но он копит её внутри себя, чтобы в нужный момент отдать. Тогда он ослабевает и становится уязвимым. Приходит время женщины, которая или помогает ему, закрывая собой, чтобы никто не видел его слабости, или же уходит, позволяя добить его. Это самое жестокое предательство. Крушение всех надежд и веры для мужчины. Каким бы циничным он ни был, но подсознательно всегда тянется туда, где тепло, хотя жизнь в безразличии и холоде становится привычной. Никаких чувств, только наигранность и лицемерие. А когда мужчина видит искренность, даже заботу, он с наигранным безразличием отвергает их, но при этом в душе умоляет не останавливаться, – Фабио делает глоток вина.
– Если женщина хочет показать мужчине, что его сила была оценена ей, то это нужно сделать молча. Это необходимо прочувствовать, чтобы в нужный момент быть рядом и стать незримым плечом, на которое он при необходимости сможет облокотиться. А самое важное, никогда не напоминать ему об этих минутах. Это и есть та самая тайна между мужчиной и женщиной. Не важно, какими они выглядят для других, они должны видеть большее наедине. Именно тогда пишется история. Убивать людей, которых ты знаешь много лет, очень сложно. Это боль. Это разочарование. Это крах. Верить этому человеку, делиться с ним своими переживаниями, а потом вдруг увидеть, как он предаёт тебя из-за сущей малости, вот это подрывает всё внутри, как мина.
– Лазарро поехал один, чтобы никто не видел, как ему будет больно, когда он убьёт Амато? – шепчу я.
– Мужчины не любят показывать свою слабость тем, кто им нравится. Они считают, что этим дают огромную власть над собой и могут потерять свою над ними. Амато был не плохим человеком, Лавиния.
– Я знаю, но не оправдываю его. Распоряжаться чужой жизнью, чтобы отомстить, низко. Если у тебя проблемы с человеком, то иди к этому человеку, а не используй другого в знак протеста.
– Порой приходится идти на жертвы.
– Вы поощряете то, что сделал Амато со мной? Он бросил меня на съедение волкам в человеческом обличье. Мне пришлось убить насильника, и я видела множество трупов. Мне помогали такие же отчаявшиеся люди, как и я сама. Они не прикрылись мной, как это сделал Амато, а, наоборот, пытались подсказать, что мне делать. Старик. Он умирал от ран, но задержал убийцу, чтобы я смогла уйти. Кира, девушка, которая тоже, вероятно, не всегда в своей жизни поступала правильно, не бросила меня. Суть в том, что человечность в них осталась вне зависимости от того, что они делали в прошлом, – огрызаюсь я.
– А что бы твой отец сделал на его месте?
– Он бы никогда не пожертвовал другим человеком ради мести. Мой отец честный и добрый человек. Он всегда всем помогал и будет помогать.
– Но он пожертвовал тобой ради женщины, которую любит больше.
Эти слова ударяют по моему сердцу. Они ранят его.
– Я знаю твою историю. Я всё знаю, но это правда, Лавиния. Мужчины спасают тех, кто может снова дать потомство, а не детей. Уж я это прошёл больше десяти раз. Любовь – вот самая жестокая загадка человечества. Она всегда ставит нас перед выбором, и зачастую мы ошибаемся. В вашем мире при сложных родах мужчины зачем-то просят спасти детей, а не своих жён. Мы же спасаем женщин, потому что именно они дают нам надежду на потомство. Именно от них зависит, будем ли мы любить своих детей или же отвернёмся от них, возлагая на их плечи вину за потерю настоящей любви, без которой всё вокруг становится холодным. Это произошло с моим братом. Лазарь для него превратился в орудие мести за смерть женщины, которая не была достойна такой жертвы. Он сделал из него машину для убийств. Я всё знаю. Мой брат ошибся, потому что выбрал не ту женщину, которой нужно было верить. И эта ошибка стала смертельной для многих. Не совершай эту ошибку, Лавиния. Исправь её. Одиночество – очень привычная вещь. Чем дольше ты в нём находишься, чем старше становишься, тем меньше чувствуешь. Ты выстраиваешь множество стен вокруг себя, но кому-то нужно прийти и разбить их. Вот только путь этот долгий. Тяжёлый и болезненный.
– Амато ещё на вашей территории? – меняю тему, потому что не хочу слышать правду. Не хочу понимать, что папа не любил меня так, как боготворила его я, и выбрал маму. Хотя и я выбрала её. Это сложно. Трудно. Неприятно. Не желаю даже думать об этом.
– Нет. Я ещё вчера сообщил ему, что Лазарь здесь и ищет его. Я знаю Амато больше тридцати лет и посоветовал ему спрятаться. Я попытался прекратить всё это, чтобы он не пострадал.
– Вы его спасаете за спиной у Лазарро, – упрекаю Фабио.
