– Ты прикалываешься? – Пихаю его в плечо в машине.
– Минет, который ты будешь делать с удовольствием. Я всё ещё жду его.
Смеюсь от его обиженного тона.
– Ты давно у психиатра был?
– Как раз вместе и сходим. Тебе он точно необходим, а я так, старого знакомого поприветствую.
– Лазарро, хватит, – хохочу, качая головой.
– Иисусе, мы только что похоронили Амато, а ты смеёшься, Белоснежка! Плохая Белоснежка! – имитируя возмущение, подначивает меня Лазарро.
– Вау, да ты богохульствуешь. Не стыдно?
– Ни капли. Я идеален.
Хихикая, отворачиваюсь к окну.
– А куда мы едем? Мы же двигаемся дальше. Мы что, теперь едем обратно в Неаполь в этой ужасной машине?
– Началось. Женские капризы.
– Это всего лишь практичность. В старой машине хотя бы кондиционер был. Я скучаю по прохладе и по кондиционерам. От нас уже воняет, Лазарро. И нам обоим нужен душ, я уже не говорю про свежую одежду, – цокая, приподнимаю своё грязное платье.
– Терпение, Белоснежка. Сколько раз тебя нужно учить этому? – закатывает глаза Лазарро.
– Так куда мы едем?
– Мать твою, женщина, успокойся! Ты слишком взвинчена!
– Адреналин дело такое. Сам научил, сам и разбирайся.
– Я предложил трахнуть тебя в задницу, но ты отказалась. Ко мне какие претензии?
– Вот ты хам, – фыркаю я.
– Не начинай, Белоснежка. Не выдумывай себе несуществующую обиду. Всё же так хорошо начиналось.
– Я не выдумываю…
– Ты меня бесишь.
– Взаимно, – складываю руки на груди, теперь обиженно супясь на него. Идиот. Психопат. Козёл. Терпеть его не могу.
Лазарро следует по просёлочной дороге и выезжает на какую-то пустынную местность. Затем глушит мотор и выпрыгивает из машины.
– Хм, и что? – недоумённо спрашивая, выхожу следом за ним. Лазарро направляется в сторону леса, а это весьма приличное расстояние. Машину мы бросили на бетонной парковке, и я, вообще, удивлена, что она здесь есть.
Добегаю до Лазарро, уверенно шагающему к деревьям.
– Что мы теперь будем делать? Снова копать и прятать очередной труп?
– Смотрю, тебе понравилось, – усмехается он.
– Лазарро…
– Я же сказал тебе. Почему тебе так сложно воспринимать меня всерьёз?
С удивлением смотрю на него.
– Ты многое говоришь, и зачастую это звучит, как монолог психопата. Так что я пропускаю это мимо ушей. Точнее, мне приходится слушать, но в это время я для тебя эпитеты придумываю и заодно нахожу для себя оправдания, почему я, вообще, это делаю.
– Чёрт, как же ты много болтаешь. Меня это утомляет. Раньше я больше слышал себя, а теперь везде ты, Белоснежка.
– Ну, прости, что я прерываю твой королевский монолог. Я его улучшаю. Иначе бы тебя давно уже сдали в клинику. Я твоё алиби, Босс.
– Ты мой ад, – Лазарро устало вздыхает и останавливается.
– Что ты сказал? – прищуриваясь, переспрашиваю его.
– Раздевайся.
Охаю и делаю шаг назад.
– У нас не будет секса сейчас, Лазарро. Ты воняешь, и ты полил своей мочой чёртову могилу.
– То есть тебя уже не особо смущает то, что у тебя синяки на заднице и то, что я убил Амато? Класс, ещё немного и привыкнешь трахаться на людях. Чему же я тебя научил? – потирая переносицу, он качает головой.
– Хватит так со мной говорить.
– Блять, Белоснежка, раздевайся уже! Давай! Я спать хочу и искупаться. У меня много дел…
– Не забудь приласкать свой член, – фыркаю, снимая перчатки и бросая их на землю.
– Какого хрена я должен это делать? Мой член – твоя проблема. И он меня тоже порой бесит. Он всегда стоит. – Он показывает на свой пах, а я закатываю глаза.
Снимаю платье и бросаю его на землю. Лазарро, на удивление, тоже раздевается. Он приказывает мне и обувь туда же кинуть и при этом рычит, когда видит, что я без трусиков. Больно ведь! Какие трусики? Я их надевала раньше, и они ещё не высохли. Да, у меня есть две причины, почему я без трусиков. Всё путём.
Лазарро голым заходит в чащу и возвращается оттуда с огромной баклажкой воды.
– Ты что это задумал? – шепчу я.
– Помыться надо. Я не пущу тебя такой грязной в свою машину. Ты воняешь кровью Амато. Если ты будешь так вонять и дальше, то меня стошнит, – цокает Лазарро.
Больной…
Он резко переворачивает тару, и я захлёбываюсь от ледяной воды, но потом наступает такое блаженство. Прохлада. Чёрт, здесь всегда так душно. Это убивает. Стоя в луже, выжимаю волосы, пока Лазарро поливает себя водой и мотает во все стороны головой, разбрызгивая ледяные капли на меня.
– Животное! – визжу, отпрыгивая от него.
– Хорош ублюдок. Стой здесь и никуда не двигайся, – произносит Лазарро, указывая на меня пальцем, и снова уходит. Через несколько минут он возвращается с сумкой. Так, наша сумка в доме, вторая с оружием была с ним. Он же не нарядит меня как рождественскую ёлку… в пистолеты. Нет, мои опасения моментально исчезают, когда Лазарро достаёт из сумки два полотенца, одно протягивая мне.
– Теперь я поняла, чем ты всё это время занимался. Это ж надо. У тебя всё всегда по плану. Но хоть что-то было иначе? Просто признай, что ты неидеальный. Мне это нужно, – скулю, понимая, насколько он собран и, как всегда, в курсе всех событий. Это обидно даже. Нельзя быть таким идеальным ублюдком.
