– Не помню, чтобы думала так, но сейчас я знаю ответ. Когда я лежала на полу, то по идее должна была перекатиться вправо, так как я правша. И Амато выстрелил туда. Я же перекатилась влево, потом ещё раз сразу же. Он увидел это и, очевидно, подумал, что я качусь в его сторону. Я схватила нож именно для того, чтобы он так посчитал. Я бросила нож в него, и в ответ он выстрелил. Я перекатилась в обратную сторону, а потом уже оказалась лежащей на спине. Амато подошёл ко мне. Он поймал меня. Он стрелял много раз… но я не понимаю, почему это делала. Я просто знала, что должна сделать так, как это было в галерее, когда появился тот преступник, и мы прятались за колонами. Я была уверена в том, что должна ударить ремнём по другой стороне, а потом выставить туфли, чтобы обмануть его. Я не знаю… не знаю… почему я так сделала, – последние слова уже шепчу, качая головой.
Лазарро прячет улыбку и сворачивает в лесную зону.
– Всё просто, Белоснежка, твой мозг освоился в предложенных обстоятельствах и настроился на выживание. Он сам дал тебе понимание, что и как нужно делать в критической ситуации. Поздравляю, Белоснежка, ты научилась выживать. – Лазарро останавливает машину и поворачивается ко мне.
– Но… но… я бы сейчас… я бы не смогла…
Лазарро опускает взгляд вниз. Его руки падают с руля, и ладонь одной сжимается в кулак. Я вижу это так чётко. Он резко выкидывает его в мою сторону, и я наклоняюсь так же быстро вперёд. Кулак Лазарро со свистом пролетает над моей головой.
Его смех и мой повышенный пульс сливаются.
– Ты с ума сошёл? Ты решил меня ударить по лицу кулаком? – возмущённо выкрикиваю.
Он смеётся и качает головой.
– Проверил твою реакцию. Видишь, ты начала замечать нюансы. Я намеренно делал всё медленно для тебя, скоро ты будешь двигаться и соображать быстрее. Ты станешь проворнее, и это поможет тебе избежать смерти от рук работорговца. Ты молодец. – Он хлопает меня по щеке, и я кривлюсь, так как чувствую неприятные ощущения от прикосновения его перчатки.
– Кто-то говорил, что хорошо копает. Проверим. – Лазарро выпрыгивает из машины, и я выхожу за ним. Он достаёт из кузова лопату и бросает её мне. На удивление она не бьёт меня по голове, я её хватаю. Криво, конечно, чуть не убив себя под смех Лазарро, но я поймала. Чувствую себя богиней. Правда, оказывается, я всё же умная.
– Лови вторую.
А вот теперь я отскакиваю в сторону.
– Придурок, – шиплю, поднимая вторую лопату.
– Пошли, Белоснежка. – Лазарро подхватывает мешок с телом Амато и идёт вглубь леса. Я за ним. Жутко то, что мы, вообще, оказались здесь посреди ночи. Невероятно то, что я помогаю ему спрятать тело. Что со мной стало?
Мы достаточно долго идём, пока не доходим до уже вырытой ямы. Озадаченно смотрю на неё.
– Зачем тогда лопаты? И когда ты успел её выкопать? – удивляюсь я.
– А чем, по-твоему, я занимался весь день? И откуда у меня такие мышцы? – фыркает Лазарро, разрывая мешок.
– Эм, гонялся за ним. А мышцы у тебя, потому что ты занимаешься в зале и плаваешь. Часто. Порой слишком часто. – Указываю на труп и перевожу взгляд на Лазарро. Он бросает тело в яму. Гадость. Отворачиваюсь, и меня всю передёргивает.
– Ещё чего. Мне лень делать всё это. Неблагодарная работа. Спортзала здесь нет, а когда плавал, я даже не помню. Соскучился по дому. Терпеть не могу Италию из-за того, что здесь никогда нельзя по-настоящему расслабиться, – морщит нос Лазарро и подходит ко мне.
– А сейчас твой выход, Белоснежка. Надо его закопать. – Он забирает у меня лопату и ударяет по ягодице, отчего я вскрикиваю.
– Хватит. Мне уже больно, и я это не заслужила. Я извинилась, – сдувая с лица прядь волос, возмущаюсь.
– Я предпочитаю, чтобы ты извинялась ртом, Белоснежка. Глаз мне уже достаточно, – хмыкая, Лазарро берёт горсть земли и бросает её на мёртвого Амато.
Это чудовищно. То, что мы делаем. Мы больные. Он сделал меня такой. Я не по своей воле набираю лопатой землю и бросаю в могилу. Это он виноват.
– Подожди, но как ты понял, что Фабио тебя предал и предупредил его заранее? – Останавливаюсь, хмуро смотря на очень быстро работающего руками Лазарро. Он всё всегда делает слишком быстро.
– Ты считаешь, что Фабио был бы жив, если бы он меня, действительно, предал? – усмехается Лазарро и вытирает пот со лба.
– Тогда как? Фабио мне признался лишь сегодня…
– Он мой дядя и никогда бы так со мной не поступил. Как бы высокопарно ни разглагольствовал при этом о благородстве, он убийца. Он мафиози. Он знает правила и никогда не подставил бы меня. Я знал, что он это сделал. Я это понял, когда мы встретились в ночь приезда сюда. Я был у него раньше, а всё остальное было шоу лишь для тебя. Ты не должна была ни о чём догадываться. Всё было просто. Амато попал в мою ловушку, – произносит, пожимая плечами Лазарро.
– То есть снова использовал меня, как приманку. Отлично. Даже не знаю, хочу ли я тебя закопать рядом с ним или оставить в живых, чтобы ты дальше мучился со мной, – обиженно огрызаюсь.
