– Именно такой. Да, на твой вопрос ответ да. Когда мне было десять, Амато объяснял мне из чего можно собрать бомбу и как это сделать. Потом я практиковался. Мне нравилось копаться в маленьких деталях.
– Подарю тебе на день рождения «Лего», – вставляю я.
– Белоснежка, – закатывает глаза Лазарро.
– Ты, видимо, не наигрался с маленькими детальками, и я выберу самый сложный набор. Чисто из принципа, – обещаю ему. – К слову, а когда у тебя день рождения?
– Чисто из принципа не скажу тебе.
– Итан скажет, – пожимаю плечами.
– Ничего он тебе не скажет.
– Я могу быть убедительной. Он ненавидит мои истерики, а я им научилась. И ещё у меня в арсенале есть несколько приёмов, но тебе я не расскажу о них, чтобы ты заранее не подготовился.
– Ты стала жестокой, Белоснежка. В чём Итан провинился?
– А он постоянно меня оскорбляет. Так что всегда есть причины наказать. Не так ли? – спрашивая, кошусь на Лазарро.
– Научил на свою голову, – бубнит себе под нос Лазарро и подкладывает под голову руки. Он смотрит на огонь, как и я.
– Ты ходил в школу? Просто я не представляю, чтобы там были специальные предметы, как стать убийцей и Боссом, – интересуюсь я.
– Нет. Я туда не ходил. Я был преемником отца, и он опасался, что меня убьют, как детей Сэла или других. Я постоянно находился дома и был на домашнем обучении. У меня были хорошие учителя. Лучшие.
– Это печально. Тебя лишили детства и…
– А ты была счастлива в школе, Белоснежка? – перебивает он меня.
– Не особо. Школа и школа. Я не дружила близко ни с кем. Нет, у меня были подруги, но не настолько близкие, чтобы приводить их к себе домой и вместе собирать там бомбы.
Лазарро усмехается от моих слов.
– Но это ведь общество. Дети учатся общению и привыкают быть в этой среде. Наверное, поэтому ты такой дикий. А университет?
– Нет.
Озадаченно приподнимаю брови.
– То есть у тебя нет высшего образования?
– У меня их три. Сейчас можно получить дипломы дистанционно, что я и делал. Мне не нужны все эти люди, глупые вечеринки и алкоголь. В доме у меня этого и так полно. С моих двенадцати лет никто уже особо не парился из-за того, что я увижу. У меня на глазах происходили оргии и убийства. Я спокойно смотрел, как моему отцу кто-то отсасывает, и иногда ждал в кабинете, пока он не кончит, чтобы передать ему отчёт о своей успеваемости. Я видел упаковки с наркотиками, которые отец изъял у дилеров и привёз к нам в дом. Целый склад этого дерьма в гостиной. Я дышал травкой, которую тайно курила охрана. Я видел многое, в общем, чтобы не чувствовать себя обделённым. Я видел даже слишком много, – горечь так и сквозит в его признании.
– И никогда не чувствовал себя одиноким во всём этом? У тебя детства не было, Лазарро, – шепчу печально я.
– Детство было, как у всех, но с разницей, что моя мать была психопаткой, а отец убийцей и Боссом. У меня были самые дорогие игрушки и самые лучшие преподаватели. У меня были машины и самолёты. У меня было то, чего не было у большинства детей.
– Но всё же…
– Одиночество мне нравится, Белоснежка. В нём я могу быть самим собой и не притворяться хорошим. Не стыдиться того, что делаю. Не осуждать себя, ведь все морали стёрты в моей жизни. Нет ничего святого. Поэтому мне комфортно быть одному.
– А Карл? Вы всегда ссорились в детстве?
Лазарро сразу же напрягается.
– Когда-то мы близко дружили, но потом я какое-то время провёл в клетке, а он уехал учиться в Канаду. Мы оба изменились. Дружба накладывает обязательства, как и брак. Мне они не нужны. Хоронить друзей паршиво. Убивать тем более. Поэтому лучше ни к кому не привязываться, чтобы потом не было больно.
– Поэтому ты увидел в нём соперника?
Лазарро усмехается, окидывает себя красноречивым взглядом и делает небрежный жест рукой.
– Как с этим можно соперничать, Белоснежка. Это самоубийство. Я лучший.
– Пусть будет так. – Пожимаю плечами и демонстративно отворачиваюсь к горящей машине.
– Белоснежка, скажи, что я лучший. Ты уже признавала меня красавчиком, – выпрямляясь, требовательно шипит Лазарро.
– Пусть будет так, – широко улыбаюсь.
– Вредная сука, – фыркает Лазарро, вызывая у меня ещё больше удовольствия от того, что он не получил утвердительного ответа. Он и так слишком самовлюблённый. Пусть это будет небольшим возмездием.
Подавляю зевок и немного скатываюсь по сиденью вниз.
– Знаешь, может быть, я уже в аду и поэтому здесь так душно, но мне нравится, что ты не одинок сейчас. Мне это приносит удовлетворение. Может быть, это и глупо. Не знаю, но рядом с тобой, Босс, всё равно комфортнее, чем в тишине. Спасибо, что взял меня с собой, – произношу, поворачивая к Лазарро голову.
– Обращайся, Белоснежка. Я всегда готов показать тебе разные варианты убийств, – хмыкает он.
– Ты понял, о чём я говорила.
– Лучше молчи. Не порть момент. Дай посмотреть на костёр.
Тяжело вздыхаю, разглядывая Лазарро. Странный он мужчина. Ведь ему тоже понравилось провести всё это вместе со мной. Пусть он и говорит о том, как я ему надоела, но наши отношения двигаются дальше. И я понятия не имею, какие тайны он откроет мне завтра.
