– Не важно, кто и кого любил в то время. Важно, кто тебя любит сейчас. Не живи прошлым, Лазарро. Оно уничтожает тебя, превращая в зверя, которого ты ненавидишь. У всех людей есть сердце, даже у убийц. Нужно только вовремя остановиться, чтобы оно не превратилось в камень. Твоё живое. Я знаю. А он… отец твой недостоин такой памяти. Мы справимся. Вместе. Твои шрамы для меня прекрасны. Они отражение твоей силы. Выносливости. Человечности. И я не откажусь от тебя. Я не смогу. Я твоя, Лазарро. Из всего бесконечного множества одиноких людей у тебя есть я. Всегда.
– Клянёшься? – Он поднимает голову и внимательно смотрит на меня.
– Клянусь, – мягко улыбаясь, провожу ладонью по его гладкой щеке.
– Я противен…
– Да, зачастую так и есть. Ты вульгарен. Ты извращён. Ты вспыльчив. Ты безумен. Ты живой. Это живые эмоции, Лазарро. Их не стоит стыдиться. Меня ты тоже научил не волноваться о том, как я выгляжу рядом с тобой или с другими людьми. Может быть, я никогда не смогу быть такой же жестокой, как ты, но смогу убить, если кто-то попытается это сделать с тобой. Я смогу. Ты считаешь, что женщина – это лишь шлюха, которая только и умеет, что раздвигать ноги. Но женщина может и разорвать в гневе. Ты не встречал таких, кто будет рвать ногтями человеческую кожу за боль, которую причинили важному для неё мужчине? Её мужчине. Единственному во всём мире. Женщина тоже может защищать своё, Лазарро. Не каждая. Но я смогу. Клянусь и в этом. Я научусь ради выполнения своего обещания быть любой. Не обстоятельства меняют нас, а люди. Каждый из них своим присутствием незримо задевает нас плечом и толкает на разные пути. Эти пути важны. Это опыт, как ты когда-то говорил. Опыт, чтобы стать лучше. И ты тоже сможешь, если захочешь. Ты намного сильнее, чем думаешь сам. Морально.
– Меня сейчас стошнит, – кривится он, дёргая меня вниз, и я охаю, оказываясь подмятой под него.
– Терпеть не могу эти грёбаные ночи, – добавляя, он крепко прижимает меня к себе.
– В них столько тайн. Столько боли. В них так интересно жить. Я ненавижу их. Я боготворю их. Ты другая ночью. Честная. Ты моя. А солнце убивает всё… ты дёргаешься в моих руках, кричишь о насилии, сопротивляешься мне. Ты реже улыбаешься днём, – сонно бормочет он.
– Ты боишься солнца. Не бойся его.
– Я ничего не боюсь, Белоснежка.
– Врёшь, но так красиво. Ты боишься. Боишься многого. Себя боишься и меня тоже. Но так мы узнаём друг друга, и это прекрасно. В любом проявлении твоих эмоций. И… свидание мне не понравилось. Прости. Мне ты больше нравишься вот такой. Откровенный. Горький. Пряный. Мой, – целую его в шрам на подбородке. Лазарро улыбается с закрытыми глазами.
– Ты сказала, что свидания проходят иначе. Я загуглил… хотел порадовать тебя. Поощрить.
– Сейчас ты прекрасно поощрил меня, Лазарро. Не костюмом, а обнажённым телом. Чёрт, оказывается, мне оно очень нравится. Ты душевный эксгибиционист.
Его улыбка становится слабее. Наблюдаю за тем, как он засыпает, а у меня в груди до сих пор рвётся сердце, не понимающее, как защитить его от боли. Нам будет сложно вдвоём. Лазарро будет метаться из угла в угол. Будет очень больно. Обоим. Но я не хочу больше оставлять его одного. Не хочу уходить. Не хочу уезжать.
Фабио был прав. Из его мира не выбраться. Он уже поглотил меня. Этот мир Лазарро. Я не в силах бросить его с этими жуткими воспоминаниями. Я знаю, что вылечить его невозможно. Он не оставит ни свою любовь к жестокости, ни желание убивать, ни месть. Ничего не изменится за пределами нашего маленького кокона, но я могу сделать Лазарро сильнее. Крепче. Я хочу стать лучше, чем есть сейчас. Я буду такой. Никогда не позволю себе поступить, как его мать. Я докажу, что у него есть шанс на будущее. Исполню каждую клятву. Я влюблена в его израненную душу… так сильно влюблена.
Господи, прости меня, но я выбираю дьявола и ад. Теперь мне это ближе. Ты не помог мне увидеть, сколько ошибок я сделала в прошлом. А вот он показал мне всё без утайки. Прости, но больше я тебе не верю. Моя душа отдана ему.
Ночи не только открывают двери в новые комнаты твоей жизни, но и меняют тебя. Они очень властные, и именно ночью ты начинаешь проживать заново весь день, делать выводы и принимать решения. Они могут отличаться от тех, что были для тебя приемлемы ещё десять часов назад. Да, люди нас меняют, конечно, если мы хотим измениться, или если хотим подстроиться под них, или угодить им. Вся суть изменений в желании это сделать. Без желания, вообще, ничего невозможно сделать. Ночь и желание – любовницы. Они тесно связаны самым гадким переплетением возможностей и фантазий. Они делают тебя сильнее и увереннее. А ещё им не стоит доверять. К слову, никому не стоит доверять, даже себе, потому что наш разум – это сплошные гормоны. И они имеют свойство метаться из крайности в крайность. Выходит, что доверие – это иллюзия, как и любые чувства. Но для иллюзии важен фундамент. И если он есть, то всегда может стать реальным. Нужно просто не бояться это проверить.
