В темных глазах Килсипа отразилось недоверие, и он с сомнением усмехнулся. Медик же был в бешенстве.
– Это немыслимо! – гневно закричал он. – Я не стану сидеть и слушать эти обвинения моего покойного друга!
– К сожалению, это правда, – печально заверил его Брайан.
– Как вы смеете так говорить?! – закричал Чинстон теперь уже на него, повернувшись в его сторону. – И вы еще собираетесь жениться на его дочери!
– Есть только один способ все уладить, – невозмутимо предложил Калтон. – Мы должны прочитать его признание.
– Но при чем здесь детектив? – спросил доктор, сев на место.
– Потому что я хочу, чтобы он сам услышал, что это мистер Фретлби совершил преступление. Может, тогда он будет хранить молчание.
– Нет, пока я не арестую его, – решительно сказал Килсип.
– Но он мертв, – напомнил ему Фицджеральд.
– Я говорю о Роджере Морланде, – пояснил сыщик. – Поскольку это он, и никто другой, совершил убийство Оливера Уайта.
– Это больше похоже на правду, – заметил Чинстон.
– Не соглашусь с вами, – уверенно заявил адвокат. – Видит бог, я бы хотел сохранить доброе имя Марка Фретлби, и именно поэтому я собрал вас всех сегодня. Я прочитаю признание, и когда вы узнаете правду, я хочу, чтобы вы никому не пересказывали ее, ведь Марк Фретлби мертв, и разглашение его тайны не принесет ничего хорошего. Я знаю, – продолжил Калтон, обращаясь к детективу, – что вы убеждены в своей правоте, но что, если я скажу вам, что Марк Фретлби умер, держа в руках те самые бумаги, ради которых было совершено преступление?
Лицо Килсипа вытянулось:
– Какие бумаги?
– Свидетельство о браке Марка Фретлби и Розанны Мур, женщины, которая умерла в трущобах.
Следователя было сложно удивить, но в тот момент он был поражен. Доктор Чинстон откинулся в кресле, уставившись на адвоката невидящими глазами.
– Более того, – продолжил Дункан, – знаете ли вы, что Морланд приходил к Фретлби два дня назад и получил деньги за свое молчание?
– Что?! – вскрикнул Килсип.
– Да, Морланд, выйдя из отеля, увидел Фретлби и угрожал ему разоблачением, если тот не заплатит ему за молчание.
– Как странно, – разочарованно пробормотал сыщик, – почему же Морланд молчал все это время?
– Этого я не могу сказать, – ответил Калтон, – но нет сомнений, что признание нам все разъяснит.
– Тогда, ради всего святого, давайте прочтем его! – нетерпеливо перебил его Чинстон. – Я не понимаю ничего из того, что вы говорите.
– Одну минуту, – сказал Килсип, вытаскивая из-под своего кресла какой-то сверток и развязывая его. – Если вы правы, то что насчет этого? – И он показал всем светлое пальто, очень грязное и поношенное.
– Чье это? – удивленно спросил Дункан. – Неужели пальто Уайта?
– Да, Уайта, – повторил детектив, довольный собой. – Я нашел его в саду Фицрой, рядом с воротами, которые выходят на Джордж-стрит, в Восточном Мельбурне. Оно было закинуто на ель.
– Значит, мистер Фретлби вышел на Паулет-стрит и пошел по Джордж-стрит, а потом через сад Фицрой вышел в город, – объяснил Калтон.
Килсип не обратил внимания на его слова. Вместо этого он вытащил из кармана пальто маленькую бутылочку и показал ее всем.
– Еще я нашел это, – объявил он.
– Хлороформ! – воскликнули все, сразу догадавшись, что перед ними.
– Именно, – сказал Килсип, поставив ее на стол. – Это та бутылочка, в которой был яд, использованный… убийцей. На бутылочке стояло имя аптекаря, и я пошел к нему и выяснил, кто купил яд. И что вы думаете? – с победным видом спросил он присутствующих.
– Фретлби, – решительно сказал Калтон.
– Нет – Морланд, – взволнованно предположил Чинстон.
– Ни тот, ни другой, – спокойно ответил детектив. – Мужчиной, купившим это, был сам Оливер Уайт.
– Он сам? – повторил Брайан, который выглядел не таким удивленным, как все остальные.
– Да, я с легкостью это выяснил. Я уверен, что никто бы не совершил такую глупость, как носить с собой повсюду бутылочку с ядом в кармане несколько дней, поэтому аптекарю я назвал дату убийства. Он посмотрел в своей книге и увидел, что покупателем был Оливер Уайт.
– И зачем же он купил его? – спросил Чинстон.
– Этого я не могу сказать, – признался Килсип, пожав плечами. – В книге записано, что хлороформ куплен для медицинских целей, а это может означать что угодно.
– По закону у таких покупок должен быть свидетель, – осторожно заметил Калтон. – Кто был свидетелем?
И снова Килсип довольно улыбнулся.
– Думаю, я знаю, – сказал Фицджеральд. – Морланд?
Сыщик кивнул.
– И я полагаю, – саркастично заметил Дункан, – это еще одно ваше доказательство против Морланда. Он знал, что Уайт сам купил хлороформ, значит, он последовал за ним в ту ночь и убил его?
– Ну, я… – замялся следователь.
– Это просто чушь, – нетерпеливо прервал его адвокат. – Против Морланда ничего нет. Если бы он убил Уайта, зачем бы он пошел к Фретлби?
– Но, – сказал Килсип, кивнув, – если, как сказал Морланд, у него было пальто Уайта до убийства, почему же я нашел его на ели в саду Фицрой с пустой бутылочкой хлороформа в кармане?
– Он мог быть сообщником, – предположил Калтон.
