– Не жди, что завтра утром ты откроешь глаза и увидишь, как энергии ткут нашу Вселенную. Но с этого момента твоя задача – наблюдать и находить фрагменты этой мозаики. Обрати внимание на полет птиц. Они кружатся так, а не иначе. Почему?
– Ну… Они ловят насекомых? – предположила чародейка.
– А насекомые?
– Выбирают путь относительно ветра…
– А что есть ветер?
– Ветер… – Девушка прикрыла глаза, силясь вспомнить все то, что она читала в детстве. – Это движение воздуха, вызванное разницей в давлении. – Она запнулась и, хлопнув себя по лбу, воскликнула: – Разница в нагреве воздуха солнцем… Сила воздуха, сила солнечного тепла, сила давления – это все взаимосвязанные витали, нити, создающие единый рисунок!
– Хм, верно. – Сайрон вопросительно прищурился: – Сила давления?
– Я училась в школе, – поспешила объяснить Дженна. – Вы не первый мой учитель… Их было у меня очень много.
– Славно, – покачал головой маг, – однако ты забываешь, что птицы поднимаются в небо не только для охоты. Они общаются, следят за врагами, отпугивают их и сбивают со следа. Они выбирают ту или иную высоту, собираются в стаи или в клин… Подумай над рисунком их полета. Мелодию витали ты слышишь и поешь согласно своему природному таланту, но вот тебе задание посложнее: пока меня не будет, найди зримый образ витали.
– Вы снова уходите? – беспокойно спросила Дженна.
– У меня есть важные дела, – кивнул мужчина. – Я покину тебя утром, а пока спи и ни о чем не волнуйся.
На рассвете зоринка умолкла. Первая осенняя ночь была для нее слишком холодной и оказалась последней.
Раньше с наступлением холодов красно-желтые птахи собирались в стаи, чтобы мигрировать в Ферихаль. Благодаря волшебству древ Сэасим и Элим или, как называли их люди, Злат и Синь, и теплым морским течениям Красного моря в вечнозеленых лесах Су царил свой микроклимат. Но в этом году самец зоринки не нашел ни подруги для создания семьи, ни стаи для долгого путешествия. И замолчал навсегда.
Великанша, покинувшая урочище Зумрут, теперь птица. Север никогда не славился мягким климатом, однако морой Олан Биш из семьи Олу Серых Филинов был прав. Что-то тревожное происходило в Свободных королевствах.
Лучше всех это ощущали природные духи. Встретившиеся страннику и его ученице молодые хозяева камней были голодны. Лишенные естественных источников пищи, они пытались прокормиться за счет жизненной силы людей. Древний дух Медной горы поведал магу о бо́льшем. Картины, которые Малахитница показала ему через колодец-озеро, многое объясняли…
Оставив Дженну на полпути к Домени́йским равнинам, мужчина отправился на запад. По его левую руку лежали горы, а впереди распростерлись топи. В это время года, когда лес только заливался багрянцем, Синие болота сияли, как отполированный лазурит. На зеленом кружеве ряски золотыми монетами пестрела опавшая листва.
Странник выбрал пригорок посуше и сел, скрестив ноги. Быстрым движением пальцев рук он создал вокруг себя замысловатый рисунок. Закончив его, маг прошептал заклинание. На последнем его слоге воздух дрогнул, а по воде побежала рябь.
Из кустов осоки и ситника, возмущенно крякая, поднялась стая уток. Мелкие болотники, гревшиеся на солнце, поспешили покинуть кочки и уйти на дно. Когда воцарилась тишина, Сайрон прикрыл веки.
Русла витали он мог различить на восходе или на закате, но
Внутренним взором маг увидел, как истощилось некогда могучее место силы. Однако пустые каналы витали оставались широкими и прослеживались хорошо. Держась магической нити, связующей его с физическим телом, бывший хранитель направился вдоль русла, чтобы сделать то, для чего он был рожден.
Зеленая сфера не являлась родиной странника. Сайрон не мог предугадать, надолго ли останется здесь. Наверняка он знал лишь одно: на ближайшее время Сия стала его домом, а ее хранители – его стаей и семьей.
Один из собратьев, увы, не справлялся со своими задачами. Его сил не хватало. Хранитель Севера позволил разрастись ранам, которые нанесли Бури. И Сайрон ощущал желание помочь ему.
Оставшись в одиночестве, Дженна пробовала разглядеть зримый образ витали. Она рассматривала облака, птиц и букашек в траве, выискивая в их движении общую закономерность. Чародейка старалась от всей души, но это не приводило ни к чему, кроме шума в ушах, рези в глазах и головной боли в придачу. Спустя некоторое время Дженна отчаялась и решила заняться более простыми и не менее важными бытовыми делами.
Дорога – не дом, но и на ней организованность важна: любое хозяйство требует внимания. Несложно понять: если за чем-то перестать ухаживать, каналы витали, пронизывающие все вокруг, начинают путаться и в конце концов могут истощиться. Это чародейке было ясно как день, безо всяких учителей и волшебных законов. С самого детства Василиса ценила порядок и дисциплину.
