— Самый подлый поступок это предавать свое сердце, — поняв, о чем думает Волков, сказал Мартин. — Она же нравится тебе?! Так иди же и танцуй с ней и не обращай внимания на этого занудного пижона.
— Иногда веленью сердца лучше предпочесть голос разума, — произнес Владимир. — Этот занудный пижон — мой лучший друг и я бы очень не хотел ранить его чувства.
— Но… — начал, было, Мартин, но Волков перебил его:
— Я знаю наперед, что ты скажешь, мой дорогой друг, но не стоит!
— Как хочешь, — пожал плечами Мартин и подвинул к себе поближе графин с вином.
Тут к ним подошел Орлов и дружески похлопал Волкова по плечу.
— Друг мой, Владимир, приветствую тебя! — звучно сказал он и улыбнулся в густые усы. — Представь меня своему товарищу.
— Алексей Орлов, Мартин де Вилья, — без лишних слов коротко бросил Владимир и украдкой поглядел туда, где танцевали Павел и Аня.
— Эта большая честь для меня познакомится с вами, — присаживаясь рядом, произнес Алексей. — Я столько слышал о вас и о вашем искусстве. Могу ли я рассчитывать, на то, что вы дадите мне пару уроков?
— Рассчитывать можешь, — усмехнулся Мартин. — Но обещать не буду, поскольку задерживаться в России надолго я не собираюсь. Скоро наступят холода, а у вас такие суровые морозы, что боюсь, очередной зимы здесь я не переживу. Сам не представляю, как я смог выдержать их в прошлый раз, наверное, пил вина больше, чем обычно!
— С учетом того сколько ты пьешь, твоя кровь уже давно должна была превратиться в спирт, и ты вообще не должен чувствовать холода, — пошутил Волков.
Танец Павла и Ани закончился, и Владимир увидел, как они оба устремились к ним. Юсупов выглядел вполне довольным, Аня же просто сияла.
— Господа, а что это вы грустите и не танцуете? — подойдя к столу, спросила Аня.
— Мы наслаждаемся вином, мадмуазель, и милой беседой, — за всех ответил Мартин.
— Владимир, а вы ведь обещали мне танец?! — неожиданно произнесла Аня.
Волков поднял голову и увидел, как лицо Павла опять помрачнело, но правила приличия требовали от него исполнения обещания и, вставая из-за стола, он произнес:
— С превеликим удовольствием, сударыня.
И, взяв Аню за руку, Владимир повел ее вглубь зала, где танцевали другие пары. В центре левой рукой он обхватил Аню за талию, а правой сжал ее маленькую ручку, и они закружились в такт завораживающей музыки. Приятный аромат ее духов проникал в мозг и медленно пленял его, ее черные красивые глаза с восхищением смотрели на него, алые губы мило улыбались, а гладкая кожа рук заставляла трепетать. Танец закружил им головы, и Владимир ощущал прерывистое и приятное дыхание девушки на своей шее. Ощущать объект своего вожделения так близко, оказалось одновременно и божественно приятно и дьявольски невыносимо, поскольку Владимир знал, что сейчас за каждым их движением следит пристальный и ревнивый взгляд Юсупова.
— Как вы божественно танцуете, Владимир, — произнесла Аня.
— Спасибо. В танцах у меня большой опыт.
— Как и во многом другом, перед местными кавалерами!
— Вы намекаете на Павла?
— И на него тоже!
— Зачем вы делаете это с ним?! Он ведь безумно вас ревнует!
— Ну и пусть ревнует, ему это полезно. К тому же я ничего не обещала!
— Но он влюблен в вас, и я думал, что вы тоже влюблены в него!
— Признаться честно, я думала так же… пока не встретила вас! — неожиданно сказала Аня и отвела взгляд в сторону. — Но молчите, давайте не будем об этом сейчас.
— Как вам будет угодно, — произнес Владимир, не понимая радоваться ему в этот момент или напротив.
Когда танец закончился, Волков раскланялся с Аней и направился к столу, где Мартин беседовал с Орловым. Павла уже не было, и Владимир спросил у друзей, где он.
— Отправился с графом на балкон выкурить трубку, — ответил Алексей.
— Думаю, нам стоит присоединиться к ним, — сказал Владимир. — Мне бы очень хотелось повидаться с графом. — И он подмигнул Мартину.
— Так чего же мы ждем?! — допив бокал вина и вытерев губы салфеткой, произнес испанец. — Я бы тоже с превеликим удовольствием проветрился.
И друзья направились на балкон.
На большом полукруглом балконе, с которого открывался чудесный вид на вечерние окрестности владений Ларионовых, друзья нашли Павла в компании графа Рябова и бравого гусара Константина Смолина в начищенном до блеска мундире.
Владимир вежливо раскланялся, пожав руку Смолину, и надменно заглянул в холодные глаза графа, в которых, к своему удовольствию, он прочел легкое смятение.
— Позвольте представить вам, господа, моего наставника Мартина де Вилью, — кивая в сторону испанца, произнес Волков.
Смолин и Рябов вежливо раскланялись с Мартином.
— Интересно и что же привело вашего друга в Россию? — спросил граф.
— Как и меня, сюда его привела кончина моего батюшки, — ответил Владимир.
— Как это кстати, — усмехнулся граф.
— На что это ты намекаешь? — повысив голос и глядя в упор на Рябова, спросил Мартин.
— Да, в общем-то, ни на что, — спокойно ответил граф. — Просто совсем недавно мы говорили о вас, любезный де Вилья, памятуя, как жалко, что вас нет в России, и вы не можете потешить нас своим искусством, столь расхваленным вашим учеником.
