— Поскорее бы, — под нос себе проговорил он. — Когда ехать-то?
— Ну, завтра и езжай, оформлю тебе командировку.
— Хорошо. Сегодня пораньше уйду?
— Зачем?
— Подготовиться. К командировке.
— Ой, Андрей, ты в своём репертуаре! Хорошо, уйди сегодня пораньше. Как приедешь в деревню эту, звони, пиши, будь на связи! Держи меня в курсе! Понял?
— Хорошо, хорошо!
— Надеюсь, всё получится.
Тамара открыла глаза и увидела перед собой лицо.
— Вы меня слышите?
— Угу, — промычала она и поняла, что лежит на диване в доме тёти Шуры.
Мужчина встал и отошёл к столу, взять что-то из своего чемоданчика, и Тамара заметила, что он в белом халате. «Врач», — подумала она. Тот снова заглянул ей в лицо, проверил реакцию зрачков, что-то спросил, получил вялый ответ.
— Ну вот, укол подействовал, сейчас постепенно отойдёт, — говорил он Александре Павловне. — Такое бывает после сильного стресса. Пусть потом какое-нибудь обычное успокоительное в аптеке возьмёт да попьёт. Впечатлительная, видимо.
— Да, есть такое. Ещё драма у неё семейная, — вздохнула соседка.
— Ясно, бывает. А кто это, тёть Шур?
— Да это Лесовских дочь, Тамара.
— Серьёзно? Соседей ваших?
— Да, их.
— Приехала, что ли?
— Ну, скорее, вернулась. Насовсем.
— Понятно. Ладно, присмотрите полчасика за ней, если что — звоните.
— Спасибо, Антош! Как хорошо, что сегодня ты дежуришь! Повезло нам!
— До свидания, тётя Шура, берегите себя!
Как пёселя-то назвали?
— Мила вроде.
— Здорово.
Мужчина скрылся за дверью.
— Вы что, скорую вызывали? — потихоньку спросила Тамара соседку.
— Конечно! Ты же сознание потеряла, душенька моя!
Женщина села рядом и погладила свою подопечную по голове.
— Не переживай, это Антон, врач наш. Хороший парень.
— А-а-а. Ясно. Глаза у него… какие-то необычные.
— Да? Не знаю, глаза как глаза.
— И укол он мне поставил?
— Ну да.
— Ой, позор-то какой!
— Почему позор-то? Что такого? Он же врач! Тамара вздохнула.
— Я даже отказаться не могла.
— Конечно, не могла! Зато помереть — запросто! Я ж напугалась как!
— Тёть Шур, простите. Перенервничали из-за меня.
— Да ты-то в чём виновата, моя хорошая?
Это из-за Андрея у тебя одни проблемы.
Тамара снова вздохнула.
— А Мила где?
— Да здесь она, спит в уголочке. Я её на полотенце положила. Антон сказал, что тебе надо какое-нибудь успокоительное попить. В аптеке взять. Ещё чаю дам своего, он на травах, расслабляет.
— Да, надо, лишним не будет. Не понравилось мне в обмороки падать.
— Да уж, мало приятного. У тебя теперь дитё, беречься надо!
Женщина захихикала, Тамара поддержала.
— Ну вот, смеёшься — уже хорошо. Побудь пока у меня. Может, переночуешь?
— Тёть Шур, спасибо огромное, но ночевать домой пойду. А пока, правда, посижу у вас. А, вот я ещё что хотела спросить. Может, у вас коробка найдётся для дитя моего?
— Конечно, сейчас посмотрю. А ты не вскакивай, полежи.
— Хорошо.
Тамара принесла домой Милу в деревянном ящике. Вернулась поздно, но всё равно решила, что нужно перебираться с первого этажа в свою спальню на втором. На глаза попалась до сих пор не разобранная сумка.
— Да-да, из тебя ещё надо все вещи достать, — обратилась она к ней. — Уже с предметами разговариваю, дожила.
Она усмехнулась и потащила свой баул наверх. А разобравшись с ним, довольно выдохнула. «Теперь щеночка надо к себе поближе». Для Милы она обустроила уголок возле своей кровати. Сытый щенок довольно посапывал, уткнувшись в своё одеялко, а Тамаре не спалось. Она решила пойти в комнату родителей и поискать среди оставшихся блокнотов шифр от подвальной двери. Открывала шкафчик за шкафчиком, изучала какие-то короткие записи, но ничего похожего на код не нашла. Теперь эта загадка заинтересовала её ещё больше. Она спустилась вниз и попробовала по очереди набирать цифры из дней рождений. Но ничего не подходило. И ни дата свадьбы родителей, ни адрес — ничего не открывало эту железную дверь.
— Папа, что ты там спрятал?
Она упёрлась лбом в дверь и спросила вслух, будто так отец точно услышит и подаст знак. Но ответом была лишь тишина.
— Эх, ладно. Сегодня не удалось. Но надо что-то придумать, чтобы попасть туда. Наверняка там что-то важное.
Отец Тамары, Лесовский Владимир Константинович, был химиком фармацевтической промышленности, до пенсии трудился вахтовым методом на каком-то большом предприятии в другом городе. О работе своей особо не распространялся, а как вышел на пенсию, так и совсем перестал говорить про неё. Или Тамаре было уже просто не интересно слушать. Мама же работала учителем химии в местной школе.
Родители познакомились на научном мероприятии. Отец тогда жил в городе, но вскоре перебрался в мамино село. Потом у них родилась любимая дочь Тамара, которая не пошла по их стопам. Но они этого и не требовали. Хотели, чтобы девочка реализовалась в том деле, которое выберет сама и полюбит. Как это сделали когда-то они: посвятили себя химии, работали с большим энтузиазмом. Тамара же не слишком интересовалась их деятельностью. А в семнадцать лет вообще уехала в город учиться на журналиста, с тех пор редко появлялась в родном доме.
