– Сказал, что должен встретить фотографа, оператора и ещё кое-кого, – Александр глянул в большое зеркало и поправил манжеты. – Андрей, ты даже не представляешь, как я волнуюсь и как жду этой минуты!..
Волков улыбнулся снова, радуясь за друга, и даже немного засмеялся, когда он шустро и с надеждой обернулся на открывающуюся дверь, но это была не Алекс, а лишь Константин Францевич с фотографом, оператором и тремя музыкантами, которые сразу же расположились в самом акустическом углу зала и заиграли нежный вальс.
– И чтоб без единой ошибки, не то отправлю вас в военчасть, – заявил старший Франц, едва завидев сына с друзьями и критически оглядывая сына и, судя по всему, остался весьма доволен его видом.
Когда все было готово, Алекс немного неловко улыбнулась Варе, обменялась коротким взглядом с доктором и села в машину. Глупая незатейливая мелодия по радио не смогла разрядить повисшей неловкой тишины, и когда они проехали примерно половину пути, девушка внезапно попросила остановиться. Артур Робертович завернул на заправку, и Александра вышла из машины, скрывшись в магазинчике-кафе, взяла себе кофе, облокотилась о стойку, помешивая сахар и явно пребывая в какой-то отрешенной меланхолии. Варвара, тоже выскользнув из машины под обеспокоенным взглядом отца, заправляющего машину, подошла к Алекс, не без труда забравшись на высокий стул. После этих приготовлений серьезный синий взгляд встретился с голубыми глазами, и Варя поправила юбочку своего воздушного розового платьица:
– Не хочешь ехать?..
Алекс тихо улыбнулась девочке, которая смотрела на нее ясными синими глазками и, кажется, все понимала без слов. Маленькая ручка коснулась пальчиков девушки, и Алекс отпила глоток.
– Ты волнуешься, – тихо сказала Варя, и не отпустила руки Александры, а лишь сжала ее чуть сильнее. – Это бывает, когда происходит что-то новое. А знаешь, как сейчас волнуется Александр Константинович? Всегда так страшно делать что-то новое… знаешь, когда я только училась плавать, мне очень нравилось быть в воде, а далеко заходить мне было страшно… Но однажды я рискнула, и так легко скользнула в воду, что потом даже не хотелось из нее выходить. Александр Константинович хороший, – заключила девочка. – Он очень любит тебя, и знаешь… Он изменился.
Александра снова опустила глаза в чашку с кофе. Ей очень хотелось верить словам девочки, но сомнения порой слишком ее волновали.
– Ты права, – наконец после паузы сказала Алекс и уже теплее улыбнулась: – Смущает только первый шаг. Но ведь мы не боимся, правда?
Алекс подмигнула девочке, но больше ничего не добавила, с некоторым смущением встречаясь взглядом с Артуром Робертовичем – доктор явно уже устал ждать их и, оплатив бензин, подошел к ним. Варвара догадалась, что взрослым надо поговорить, и вернулась в машину, а Миллер, задумчиво понаблюдав, как дочка села, перевел задумчивый взгляд на Алекс, которая ему невольно улыбнулась:
– Как причудливо складывается судьба, не так ли? Я и подумать не могла, когда ехала смотреть свой загородный дом, к чему это все приведет… Что дом окажется разрушен, что я стану вашей гостьей, что построит новый дом мне совершенно незнакомый человек, к которому у меня возникнут чувства, и мы станем настолько близкими. И вот теперь завершение расследования, и теперь Александр и Константин Францевич, его отец, живут у меня. Жизнь так круто поменялась, я чувствую, что вот-вот наступят еще более кардинальные перемены, а меня терзает малодушный страх.
– И что же это за страх? – мягко поинтересовался Артур Робертович: – Страх лишиться своего привычного одиночества? Алекс, поверьте, оно не приносит счастья. Жизнь с любимым человеком стоит того, чтобы рискнуть. Поверьте, – и доктор, осторожно наклонившись, убрал в прическу серебристо-белый волос. Александра, немного смутившись, отставила картонный стаканчик и поднялась:
– Да, вы правы.
Александр то и дело оборачивался с волнением на двери, и вот наконец, когда регистраторша в десятый раз поправила папку и переминалась на каблуках, двери отворились и вошла Алекс в нежно-голубом платье под руку с доктором. Очаровательный букет невесты несла Варя, которая едва заметно улыбнулась Александру. Андрей чуть толкнул друга в бок, чтобы тот не терял ощущения реальности, но все равно все внимание, ощущение, стремление у Франца было только к Александре, которая неспешно шла под музыку торжественной мелодии на живых инструментах. Кажется, ими даже дирижировал сам Константин Францевич. Увидев такую красивую невесту и собранного, но совершенно очарованного жениха, регистраторша едва заметно вздохнула о своей грустной доле, но улыбнулась и произнесла все нужные слова.
У Александра захватило дух, когда в зале прозвучал самый волнующий вопрос и после его решительного «да» возникла небольшая пауза ожидания. Он встретился взглядом с голубыми загадочными и бесконечно прекрасными глазами Александры. Они сияли, словно самый редкий таинственный камень, и в них горела радость с маленькой искоркой иронии.
