В голове вдруг прояснилось - Макаронный благодетель услышал молитву. Возник образ спокойного, улыбчивого Бумбы. Рядом вьётся Сет: что-то нашептывает королю в огромное ухо... Ай да бог смерти! Поймаю - собственными руками придушу.
Игра. Бвана поспорил с Бумбой на то, что неслабо нам будет сыграть в этой ихней игре.
Я бросил обреченный взгляд на команду горилл. Все красавцы удалые, великаны молодые... Двухкратные чемпионы по обнимашкам.
Ну ладно, ну хорошо, - я попытался успокоиться. - Гориллы - фавориты. Наверняка другие команды им уступают - в росте, весе, способности одним движением засунуть голову противника ему же в трусы... Если мы просто выйдем на поле...
- Кстати, мы должны победить, - вставила Машка.
- Кого? - тупо спросил я.
- Всех. Чтобы ты и дальше услаждал наши с шефом взоры своей персоной, мы должны победить в Большой Игре.
Инфаркт со мной не случился только по причине хронического ожирения сердца.
Я немножко полежал, глядя в круглый потолок Дома Танцев. Перед глазами пробегали, одна за другой, перипетии нашего неожиданного, нелепого путешествия. Ну зачем, зачем Товарищ Седой отправил нас в Африку? Почему нельзя было на Северный Полюс? В Антарктиду, на худой конец. Говорят, пингвины - милейшие создания. Питаются одной рыбой и совсем, совсем не интересуются магией.
Дурные предчувствия шевелились в душе, как улитки с холодными липкими ножками.
Приподнявшись на локтях, я попытался найти взглядом тирана, диктатора и жестокого самодура, моего драгоценного учителя. С третьего раза нашел...
Обряженный в белую распашонку, неизменный жилет и вышитую шапочку, он о чем-то беседовал с Бумбой, сидя у трона короля в небольшом, но чертовски удобном на вид кресле. В одной руке бвана держал сигару, в другой - хрустальный стакан с жидкостью цвета чая...
Поймав мой взгляд, наставник подмигнул и отсалютовал рукой с сигарой. А затем отвернулся так, словно тут же забыл о моём существовании.
Я решительно вскочил. В своём воображении... На деле медленно, переваливаясь, как беременный бегемот, опрокинув по ходу блюдо с соловьиными язычками в подливке из птичьего молока, сполз с подушек и наконец взгромоздился на ноги. Постоял, покачиваясь, совмещая линию горизонта с уровнем зрения, а затем уж рванул через зал к бване.
Перед тем, как подойти к королевским особам, пришлось перевести дух - небольшая пробежка вызвала на удивление сильные колебания в области живота.
Одышливо вздыхая, я раскорячился позади кресла Лумумбы, чем вызвал неудовольствие у черной феминистки с копьем и винтовкой. Загородив роскошным телом супруга и повелителя, она наставила на меня копьё и закричала высоким пронзительным голосом:
- Перед троном не стоять! Отойти от трона!
Я только махал руками, силясь показать, что не гожусь в террористы.
- Ска-а-апление перед троном прекратить! Линию обстрела не загораживать! - не верила мадам в бронелифчике.
Поспешно откатившись назад, я нечеловеческим усилием воли взял себя в руки. И уже отсюда, издалека, жалобно позвал:
- Бвана...
Лумумба медленно обернулся. Сделал вид, что удивился - палец могу дать на отсечение, он прекрасно всё слышал - а затем коротко спросил:
- Чего надо?
- Чего надо? - завелся я. - Да, в сущности, ничего! Так, кражу века раскрыть - но это мелочи. А еще, мне тут сказали, завтра у нас игра, а что это такое - ни сном, ни духом... Кроме того, птичка на хвосте принесла, что спорили вы на меня - своего преданного, безропотного, послушного ученика... А в остальном - всё хорошо, прекрасная маркиза. Сидим, коньяк глушим, финиками закусываем и косточки в придворных плюём. Не жизнь - сказка.
Дождавшись окончания моего экспрессивного спича, наставник с сожалением отставил стакан - столиком ему, между прочим, служила спина ядреной молодой служанки в бусах и юбочке из травы - и, кряхтя, поднялся. Уставил на меня полный мировой скорби взор и тяжко вздохнул.
- Ну что ты орёшь, как изменник родины? Али не кормили тебя жареными лебедями, не поили молочными киселями? По усам текло, да в рот не попало? Скучно тебе, добру молодцу, и силушку не с кем потешить? Так я схожу, распоряжусь... - он кинул значительный взгляд на команду горилл.
- Да ладно вам, бвана, - я не на шутку испугался, что он и вправду заставит меня прямо здесь и прямо сейчас бороться с гориллами. - У нас серьезные проблемы, - я понизил голос. - Вы других игроков видели? Да что вы!.. А вот я с ними пил. Раскатают они нас, словно Пересвет Кочубея.
- Ну, не переживай так, - утешил Лумумба. - Мне птичка тоже кое-что на хвосте принесла. Только я тебе не скажу. А то сюрприза не получиться.
- Да я вашими сюрпризами сыт по горло! Что ни день - новое, прости господи, приключение. Наворотите делов, а расхлебывать кому? - схватив наставника за грудки, я его хорошенько встряхнул. Попугаи, вышитые на жилетке, захлопали крыльями и сердито защелкали на меня клювами.
- Спокойно, падаван. Сопли не распускай, от них дрозофилы заводятся, - одернув жилетку, Лумумба успокоил попугаев. - Когда, ты говоришь, игра?
- Завтра, бвана. Завтра.
