Стремительно вспыхнувшая любовь молодой американки к испанскому бизнесмену обрывается весьма драматически: он прогоняет девушку из своего дома. Благородный сеньор испытывает естественное чувство презрения к женщинам, готовым вступить в интимную связь ради материальной выгоды. Но юная леди доверила жгучему красавцу девичью честь, будучи преисполненной искреннего чувства любви. Как доказать ему это? Распутать клубок взаимных подозрений и интриг третьего лица героям романа удается лишь спустя пять лет после первой встречи.
Сколько же гадостей натворил Рой! Даже мысль об отчиме заставляла Бет содрогаться.
Пять лет назад, после возвращения из Испании, переполненная болью, Элизабет Харди не имела представления, чем ей заняться. Когда подруга спросила, не хочет ли она поработать летом в небольшом манхэттенском ресторанчике, специализирующемся на устройстве конфиденциальных деловых обедов и семейных торжеств, девушка с благодарностью приняла предложение. Она была рада заняться чем угодно, лишь бы заполнить пустые дни и отвлечься от мрачных мыслей о своем первом и таком быстротечном любовном романе, казавшемся сном. Дурным сном, потому что роман закончился позорным фиаско.
Узнав, что падчерица работает в столь любимом бизнесменами заведении, Рой подбросил несколько заказов на обеды. Бет была благодарна ему. Ей не хотелось обострять с ним отношения, особенно после того, что случилось в испанском городе Малага. Они с подругой обслужили несколько деловых обедов к полному удовлетворению клиентов.
Затем отчим организовал обед членов совета директоров одной небольшой компании и сказал, что Бет не останется в обиде, если только сделает все как надо. Когда она спросила, что он имеет в виду, Рой заговорщически подмигнул и показал ей маленький магнитофон, предложив спрятать его где-нибудь под столом незадолго до прихода гостей.
– Компания созрела для того, чтобы ее перекупили, – объяснил он.– Кое-кому интересно узнать, о чем люди будут говорить за обедом.
Бет с отвращением покачала головой.
– Вы хотите, чтобы я шпионила?
– Не шпионила, а зафиксировала разговоры, – без тени смущения поправил Рой.
– С магнитофоном? Это незаконно. Я не сделаю этого.
Отчим пришел в ярость:
– Ты глупа как пробка! Это – бизнес! Все так делают.
– Но не я! – яростно запротестовала Бет.
И тут Рой со всего размаху залепил ей пощечину.
Потом он неуклюже извинялся за то, что вышел, дескать, из себя. Но за то, что пытался втянуть ее в такое грязное дело, прощения ему не было. Вот тогда у девушки и зародилось неясное подозрение, что Рой сыграл какую-то роковую роль в ее отношениях с Эрнаном Дуаресом.
Вскоре после того скандального случая, связанного с магнитофоном и подслушиванием, Бет съехала из дому и сняла квартиру на паях с Дорианом, приятелем еще со школьных времен. Спустя какое-то время острота отношений между нею и отчимом немного сгладилась, но прежнего доверия к нему уже не было.
Хозяин манхэттенского ресторана, видя сколь старательна и любезна с посетителями Бет, направил ее на краткосрочные курсы кулинарии и ресторанного сервиса. Увлекшись неожиданно приобретенной профессией, девушка неожиданно почувствовала тягу и к другому занятию – стала пописывать статейки о нью-йоркских рестораторах, застольях знаменитостей и секретах кулинарного мастерства. Неожиданно ее пригласили работать репортером в известном специализированном издании – журнале «Кухня народов мира». Но самым неожиданным было другое. Однажды ответственный редактор отдела, увядающая, но еще полная сексуального запала рыжекудрая красавица Маргарет Милтон, вызвала Бет к себе.
– Что-то ты грустна в последнее время, недотрога ты наша. Все то же затишье на любовном фронте? – Редакторша игриво взглянула на зардевшуюся младшую коллегу.– Не пора ли подбавить в пресное блюдо личной жизни немного перчику?
Бет смущенно насторожилась: что там еще на уме у этой неугомонной почитательницы сильного пола? Но Маргарет уже сделала серьезное лицо, уставившись на подчиненную.
– Мы давно не писали о национальной кухне Испании. Они там организовали в Малаге международные курсы кулинаров. Слетай-ка проветрись и подготовь несколько отчетов в очередной номер.
Потерявшая дар речи, Бет немо открыла рот, но рыжекудрая уже не смотрела на нее. Она плотоядно закатила глаза к потолку:
– Ах, какие в Андалусии мужчины!
Бет вошла в гостиничный лифт. Старомодно вычурный, украшенный позолотой, он являл собой образчик типично европейской конструкции начала века. А главное – так напоминал лифт на вилле Сан-Рокес, что у девушки забегали мурашки по спине.
– Не беспокойтесь, милочка. Может, этот агрегат и выглядит допотопным, но я уверена, что он совершенно безопасен.
Молодая американка удивленно моргнула, внезапно поняв, что успокоительные слова адресованы ей. Еще одной пассажиркой была дама неопределенных лет.
– Простите, что? – очнулась Бет. Незнакомка доброжелательно улыбнулась.
– Я не могла не заметить, с каким страхом вы осматривались, – прямо-таки посерели. Если вы страдаете клаустрофобией, вам лучше пользоваться лестницей– будете чувствовать себя уверенней.
