— Вы не знаете, чего я боюсь, Бейли. И чтобы дальше не давать волю Вашей бредовой фантазии скажу: я никогда никуда не лез. «Колесо прогресса» — это ошибка человека, не понимающего еще всех реалий, поэтому не стоит меня ни в чем обвинять. Найдите тех, кто, действительно, разрушает этот мир, а после покарайте.
— Легко сказать… Вы бы знали, Эйдан, как порой тяжело Вас обнаружить, — продолжал жаловаться Бейли. У меня даже создалось впечатление, что он решил выговориться мне. Похоже кто-то устал работать.
— Бейли, довольно. Я ни капли не сочувствую Вам. Давайте по делу, — оборвал его. — Разве Вы не обнаружили всех переселенцев в ту ночь?
— К сожалению, нет. Есть некоторые нюансы, которые нам помешали. Опять же не сдержанность моих спутников сыграла с нами злую шутку, — сокрушался он.
— То есть заживо кого-то поджарить — это пустяк, несдержанность. Вы открылись с новой стороны, преподобный, — каюсь, не смог удержаться. Но такие своеобразные заявления человека, проповедующего добро, казались мне дикими.
— Вы придираетесь, Эйдан. К тому же, если захватчиков с Земли легко обнаружить, то переселенцев с Витаны в разы сложнее. В отличие от первых, они способны применять магию.
— Я сейчас пропущу мимо ушей красивое слово захватчики, и спрошу другое. Выходит любой проводник может быть переселенцем? — Перед мысленным взором тут же предстал лорд Оукман, который выглядел как самый настоящий злодей.
— Нет, ни каждый. Все-таки поток накладывает ограничения на управление энергией. Например, Его сиятельство им не является. Слишком велика его мощь, как мага, — терпеливо разъяснил Бейли.
— Но ведь есть какие-то признаки того, что в теле человека чужак, — невольно рука потянулась за моим кулоном, но я вовремя спохватился.
— Вы хотите узнать есть ли у них якоря в этом мире? — кажется, мое движение не осталось не замеченным. — Не всегда. По какой-то причине переселенцы из мира Витана не всегда имеют точку привязки, но среди них гораздо чаще происходит раздвоение. Две личности в одном теле могут натворить столько бед. Иногда у них можно заметить две тени, но мы находимся в джунглях и этот способ нам не поможет.
— Бейли, Вы же знаете о Колоде Рока, не так ли? — никто с меня клятв не брал, поэтому я смело спросил об этом артефакте.
— Конечно, — кивнул он. — Я так же, как и Вы склонен полагать, что ее владелец чужак из другого мира.
— Зачем ему столь сложные интриги, чтобы достичь места в джунглях? — От меня ускользало что-то, и я все пытался понять, что.
— Вы знаете, Эйдан. Чужаки порой вытворяют весьма странные вещи только из желания вернуться назад. Вот Вы бы хотели на Землю? — глядя мне прямо в глаза, спросил Бейли.
— Нет, — сразу поставил точку в этом вопросе. — Предвещая Ваш вопрос отвечу. В том мире мое тело мертво, а здесь я оказался лишь потому, что мальчик умирал от перегорания. Для меня это второй шанс!
— Вот видите, как удачно для Вас все сложилось. Но есть те, кто перенесся во сне или упал и ударился головой. Вы заметили, что все переселенцы захватили чужие тела. Согласно, нашим исследованиям в мире Тетис нет ни одного переселенца со своим собственным сосудом. Что с Земли, что с Витаны — эти люди всего лишь духи, перенесшиеся по потоку сюда.
— Если так рассуждать, то выходит, что в свой мир мы вернуться не можем, — Вывод был очевиден.
— Но почему же? Все возможно, только оболочка сгорит при переходе. Вы бы видела с каким счастьем, некоторые прыгают в аномалию в надежде оказаться дома, — С Бейли слетела маска доброго и мягкого человека, он совершенно не стеснялся злорадствовать.
— Откуда Вам известно, что они погибают? — вполне логичный вопрос.
— Вы же не думаете, Эйдан, что переселенцы существуют только в Тетисе, — тоном учителя произнес он.
Нет, понятно, что если из моего мира можно оказаться в Тетисе, то это должно работать и в другую сторону. Равновесие.
— Неважно, что я думаю. Главное, что думает владелец колоды. Он знает, что в другой мир может попасть только душа?
— Не могу утверждать точно, но… Его стремление попасть на Южный материк сильно настораживает все-таки здесь началась история трех миров, — тяжело вздохнул Бейли. Мне показалось он что-то не договаривает.
— Раз упомянули этот момент, то мне интересно мистер Галбрейт жив? — из чистого любопытства спросил я.
— Огден был человеком ярким и увлеченным. Он с таким упоением пытался разобраться в теории возникновения мира, что забылся. Многие знания — многие печали. — Именно такого ответа я ожидал.
— Странное дело, когда я встретил его вдову в Тишатле она говорила, что получала письма от него. Значит…
— Ничего это не значит. Некоторое время он работал на нас, а после затерялся в джунглях. Что же касается его теорий, то ничего хорошего в них Церковь не видит. Вы почему-то верите, что владелец колоды желает вернуться назад в своей мир, но Вы не думали, что у него другая цель? — раздраженно поинтересовался Бейли.
— Какая у него может быть цель? Не Вы ли говорили, что все захватчики эгоистичны по натуре, — повторил его слова.
