Однако ничего доказывать не пришлось. Вместо обвинений в диверсии и разрушении дорогого оборудования, следователь предложил мне выбор: либо возвращение в милицию, под следствие о халатности, либо подписать один документ. Читать его он попросил очень внимательно и расписываться под каждым пунктом. Я, честно говоря, ожидал там увидеть либо "собственноручное признание", либо соглашение о сотрудничестве, но никак не то, что там было. Как мне потом сказали, мой друг предпочел милицию. Жалел ли он об этом - я не знаю. Мы больше с ним не виделись. Моё желание работать дальше оказалось сильнее. Я подписал больше семи пунктов "о неразглашении" и с тех пор переезжал из одной закрытой лаборатории в другую. Несколько десятков лет. Я обменял большую половину жизни на возможность заниматься наукой без каких бы то ни было моральных или материальных ограничений. Я участвовал в опытах, масштаб которых не снился даже фантастам. Но расскажу лишь о небольшой части этой истории. И дело вовсе не в "подписке". Лишь эта часть моей жизни связана с произошедшими здесь событиями. Лишь она привела к последствиям, которые необходимо устранить любой ценой. Если бы моей жизни было достаточно для этого, я бы отдал её тотчас. Но эту проблему мне уже не решить без Вашей помощи. Боюсь, что и Вам помощь потребуется... В общем слушайте. Начать придётся издалека, с "общего плана картины". Без этого не понять причинно-следственной цепи событий произошедших в Зоне.
В 70х годах 20го века СССР очень остро нуждался в электроэнергии. Существующих источников растущей промышленности было катастрофически мало. Поиск альтернатив привел к строительству большого количества атомных электростанций. У этого шага был еще один негласный мотив - развивалась не только мирная промышленность. Активно наращивался арсенал ядерного оружия, а этот тип энергостанций позволял извлекать из отработанного топлива плутоний, необходимый для производства боеголовок. Было у этого "ящика Пандоры" еще и третье, совершенно секретное дно. Поскольку АЭС строились соответствующими организациями, с соблюдением секретности и норм допуска к информации (проще говоря - посторонних и непроверенных людей близко не подпускали к объектам), то на тех же площадках, или в непосредственной близости, возводилась масса не менее секретных сооружений специфического назначения. Хранилища топлива, хранилища отработанного топлива и рад. отходов, установки по переработке топлива. Ведь перерабатывать на месте намного целесообразнее, чем возить опасные материалы через полстраны.
ЧАЭС, рядом с которой мы находимся, начали строить в 1970, первый ток она дала в 1977 году, а 1997, если бы не первая катастрофа, она могла бы стать крупнейшей АЭС в СССР, если не во всей Европе. Уже были почти достроены к 1986му 5й и 6й энергоблоки. Точно не знаю, но их могло быть и больше. И дело не только в растущих нуждах промышленности УССР и соседней БССР. Первый крупный потребитель электричества уже был посторен прямо под фундаментами сдвоенного 1 и 2 блоков, задолго до пуска и ждал своего часа. Цех сепарации-обогащения. Шесть установок, которые обеспечивали цех по сборке боеприпасов. Он появился под 3-4ми блоками. Представляете себе масштаб лжи и цинизма?! Со всех плакатов про мирный атом, а в сотне метров под ногами - склады боеголовок!!!
Нет. Я не сужу свою Родину, которая дала мне образование и почти неограниченные ресурсы. Но помните - СССР разрушили не только капиталистические агенты, он пал жертвой собственной лжи и двойных стандартов. Воюя с Драконом он сам стал Драконом...
Но к оружию мы вернемся потом. Я здесь не этим занимался. Наш лабораторный комплекс тоже был построен под землей, поблизости от одного из машзалов станции. Во-первых - не требовалась ЛЭП, а во-вторых - работа генераторов маскировала мощнейшие скачки магнитных полей и индуктивности в экспериментальных установках. Проблематика перемещения во времени к тому моменту уже была близка к разрешению, но требовала уже промышленных источников энергии, а я был одним из ведущих специалистов всего направления...
