Ничто не предвещало "героизма": тикает хронометр, плавно покачиваются стрелки около заданных значений. Подходит расчётное время возвращения. Напряжение сушит. Наклоняюсь за стаканом с водой. Кто-то кричит о падении мощности. Включаем стабилизатор и резервные источники - забитый аккумуляторами подвал под комнатой управления. "Моргает" освещение. Яркая вспышка. Хлопок. С потолка сыплются осколки ламп "дневного света". Пульты освещаются изнутри голубыми искрами замыканий. Загорается красноватое аварийное освещение от обычных ламп накаливания. Операторы задействуют дублирующий контур управления. Канал каким-то чудом еще держится. Хочу посмотреть на ленточном регистраторе - что же это было, но не успеваю до него дойти. Низкочастотная вибрация отправляет "в поездку" по столам незакрепленные приборы, посуду, журналы, а затем и сами столы и стойки с оборудованием отправляются в путь по странным траекториям. Всё это длится 3-5 секунд. Глухой мощный удар. Пол уходит из-под ног. Гаснет всё. Последний, осознаваемый нами звук, - сигнал из камеры установки. "Прибытие".
Гермодверь камеры установки мы смогли открыть вручную лишь спустя несколько минут. Команда, открывавшая створку, по инструкции, была в огне-радио защитных костюмах. Это спасло им жизнь. Один из хронавтов был обожжен до неузнаваемости. Одежда обуглена. Кожа местами отслоилась. Без сознания. Умер от шока спустя пару часов. Второй прожил до утра. Он обгорел значительно меньше, но получил летальную дозу облучения. Своего товарища притащил к порталу на себе. Успел обменяться с ним парой фраз, пока тот еще был в сознании. Его слова зафиксировала регистрирующая аппаратура в боксе-изоляторе, где с ним работали медики. Увидеть и узнать ребята успели немногое. Хватило времени рассказать, пока возились с их ожогами. Потом им укололи морфий, а спецтранспорт, прибывший к утру, чтобы забрать их в клинику радиологии пригодился уже другим. Нашим медикам. Не знаю, что с ними стало потом. Они к нам уже не вернулись. А комплекс пришлось закрыть. Все оборудование и конструкции излучало "гамму", словно было частью активной зоны.
Так что же мы услышали из записей? А вот что: один из исследователей попал в поле зрения охраны и даже удостоверение офицера КГБ не избавило его от подозрений. Вооруженные ребята в "химзащите" с автоматами за плечами быстро "скрутили" его и повели на центральный пост охраны. Второй, случайно отставший хронавт, видел эту сцену из-за угла коридора. Предпочел не вмешиваться сразу, а проследить ситуацию до более удобного места. По пути он прихватил с подоконника забытый кем-то из сотрудников номер "Правды". Газета, к сожалению сгорела, но заголовок о военном положении и провокации НАТО в Польше, во всю передовицу, он запомнил. Центральный пост охраны, похоже, располагался где-то в другом здании. Почти нагнав товарища и охранников, он оказался у застекленного надземного перехода, когда, как он сказал, ночь стала яркой, как полдень. Его спасло лишь то, что сам он еще не вышел в застекленный коридор из-под прикрытия стен. Зажмурился рефлекторно... Через несколько секунд, когда вернулась способность различать направление и силуэты, назвать это зрением в полной мере было уже нельзя, он подбежал на зов товарища и быстро потащил его по памяти в подвал, к порталу, надеясь на чудо и надежность нашей аппаратуры. Где был первый взрыв и как устояло здание мы так и не поняли. Второй взрыв накрыл их уже при входе в портал. Мы не знаем, что это было. Возможно прямое попадание ядерного боеприпаса в реакторный корпус. Все выводы, к которым свелись анализы доклада - в 1991 году произошла ядерная война. Здание 4 блока ЧАЭС разрушено. Дальнейшее использование его, как конечной точки портала для перемещения во времени невозможно. Использование лаборатории, в виду значительного радиоактивного заражения и сильного повреждения оборудования - небезопасно и нецелесообразно. По инструкции, собрав все журналы и материалы исследований мы подготовились к эвакуации. А потом началось самое неожиданное.
Анализ данных привел к совершенно парадоксальным выводам: перемещение во времени могло совмещаться с перемещением в пространстве. Причем перемещаться могли весьма значительные массы вещества и объемы энергии. Так, например, в момент разрушения активной зоны 4 блока большая часть уранового топлива "улетела" в 1991, а поток нейтронного излучения от первого взрыва в 1991м привел к лавинообразному нарастанию мощности и дестабилизации активной зоны в 1986м...
Следующим этапом исследований и задачей серии опытов стало создание пространственно-временных порталов в заданные точки пространства и времени. На "той стороне" в этот раз не было никаких специально оборудованных помещений и устройств для фиксации и наводки портала. Серия опытов завершилась успешно. Но это привело лишь к усилению режима секретности и уровня изоляции лабораторного комплекса. Кураторы объяснили это тем, что любая утечка информации по нашей программе приводила к немедленному массированному ядерному удару по СССР в будущем.
