– Тогда сначала поедут Гюро, Аллан и я, – сказала Эллен-Андреа, – потому что Гюро надо ещё разогреться.
– Разогреться? – удивился Бьёрнар.
– Да, это так говорится, когда играешь где-то в другом месте. Перед выступлением надо поупражняться, чтобы пальцы привыкли и всё такое. Гюро играет с Алланом, и Сократ тоже, но на этот раз он поедет со всеми.
– Вы можете репетировать и здесь в гостиной, если хотите, – предложила Эва Гюро и тому, кого звали Аллан. А сама отправилась вместе с дядей на кухню убирать еду, остальные ушли в комнату Бьёрнара. До них доносились звуки скрипки. Сначала это были гаммы, а потом они узнали старинную народную песню. Все подошли к двери гостиной и прислушались. Девочка по имени Гюро с очень серьёзным видом играла на скрипке, когда попадался быстрый фрагмент, она порой путалась, но всё равно продолжала играть дальше. Вот она закончила, и все ей зааплодировали, потому что играла она здорово. Гюро перестала быть серьёзной и улыбнулась:
– А теперь пусть другие что-нибудь исполнят.
– Хотите послушать наш оркестр колокольчиков? – крикнула Эва из кухни. – Пусть тогда дядя нам поможет.
И они сыграли ту самую странствующую мелодию: так она перешла к Гюро, Аллану и Эллен-Андреа.
Послушать выступление оркестра «Отрада» из Тириллтопена в городском зале Ветлебю пришло много народу.
Слушатели рассаживались не рядами, как обычно, а вокруг небольших столиков. Это было очень удачно, потому что, когда оркестр играл слишком громко, Пончик мог спрятаться под столом. Он понимал, что нельзя мешать остальным слушать музыку, но время от времени заползал к маме на колени. Мальчик смотрел на оркестрантов и особенно следил за тем, кто будет потом ночевать у них дома. Его звали Карл, он играл на контрабасе.
Контрабас – это большущая скрипка. Такая здоровенная, что её ставят на пол. Карл рядом с ней кажется маленьким. В оркестре играли музыканты разного возраста – дети, взрослые и молодёжь.
Каос вспоминал слова Бьёрнара о том, что в пригороде все очень крутые – едят сосиски и лепёшки, говорят «хай» при встрече и никогда не улыбаются.
Но на самом деле сосиски ела только бабушка. А теперь она отбивала такт на большом барабане, похоже, ей это нравилось. Когда пьеса закончилась, все оркестранты улыбнулись, словно сами обрадовались, что у них всё так хорошо получилось.
Тётя Каоса увидела их впервые, ведь она не была у Эвы, когда та угощала гостей.
– Не понимаю, почему у нас в доме должны ночевать какие-то юнцы, – шепнула она на ухо маме Каоса, – ведь мы живём так далеко от города. Нельзя ли нам вместо них пригласить того, кто играет на контрабасе, и бабушку с барабаном?
– Молодые ребята очень интересовались губной гармошкой, – объяснила мама шёпотом, – а когда узнали, что дядя умеет играть на ней, захотели познакомиться с ним поближе.
Тут дирижёр повернулся и объявил:
– Это была первая часть «Неоконченной» симфонии Франца Шуберта.
Он поклонился публике, а потом пожал руку музыканту, который сидел первым в ряду скрипачей.
– Это Оскар, – представил он. – В этот раз он был концертмейстером, а теперь будет дирижёром, я же сяду за пианино. Мы исполним марш из «Кармен».
Это оказалась такая бодрая музыка, что у всех поднялось настроение. Когда она закончилась, слушатели долго хлопали и топали от радости.
Тогда вперёд снова вышел дирижёр:
– Меня зовут Эдвард, я хочу сказать, что все мы, оркестр «Отрада» из Тириллтопена, благодарны за приглашение и возможность приехать к вам в гости и сыграть для вас. Наш концерт будет не очень длинный и завершится короткой пьеской. Но сначала наши юные музыканты исполнят для вас духовой квинтет, а потом Гюро и Аллан сыграют нам настоящую шотландскую джигу.
Это была отличная музыка, но оркестранты на этом не остановились. Один музыкант исполнил старинную мазурку, а потом другие – настоящий рок, при этом они были очень похожи на Каоса, Бьёрнара, Олауг и Пончика, когда те играли в своей рок-группе. Подождав, пока закончились аплодисменты, Эдвард сказал:
– Я знаю, что здесь в Ветлебю тоже много музыкантов – хор и духовой оркестр. Но сегодня мы услышим что-то совсем новое, это маленький оркестр колокольчиков. Эва, начинайте!
Если бы им надо было торжественно подниматься на сцену и всё такое, может, дети и не согласились бы, но внизу у пианино им было не так страшно. Дядя тоже решил им подыграть. А когда они исполнили один раз свою маленькую странствующую мелодию, бабушка вдруг сказала:
– Я тоже хочу с вами.
Тут и другие музыканты присоединились, так что пришлось исполнить мелодию снова, на этот раз она прозвучала ещё лучше.
А потом Эва сказала:
– Нам машут из соседней комнаты. Значит, сосиски и лепёшки уже готовы.
