Закончив перепись погибших, неизвестный приблизился к столу, на котором лежал светло-зеленый медведь. Тот был жив и невредим. Он просто спал. Однако его лицо выражало отнюдь не удовольствие от сновидения. На одной руке был виден след от укуса. Снова послышался щелчок, и тот же голос продолжил:
— А вот и сам виновник смерти трех жертв: Флиппи. Сегодня, как и вчера, был в состоянии Берсерка. Причиной этому является тот факт, что он стал свидетелем смерти Натти. Кровь и мозги погибшего свели его с ума. На руке имеется след от укуса Тузи. Возможно, перед смертью последний пытался сопротивляться.
— На этом я заканчиваю перепись. Приступаю к операции, зачистке и коррекции.
Диктофон был небрежно брошен на столик с операционными приборами. Сам же незнакомец коснулся своей ледяной рукой суровой щеки Флиппи, отчего тот поморщился и застонал, что-то бормоча. Таинственный «доктор» вздохнул и сказал:
— Ну и что мне с тобой делать, горемыка? Опять ты заварил всю эту кашу. Конечно, не ты виноват в смерти Натти, Лифти и Шифти, но тебе стоило быть либо быстрее, либо хладнокровнее. Что ж, придется снова подчищать тебе память и воспоминания.
С этими словами он приблизил к закрытым глазам медведя какую-то странную аппаратуру и запустил ее на полную мощность. Через секунду послышался отчаянный вопль Прапора от боли.
— Знаю, это больно… — почти нежно сказал неизвестный. — Но иначе нельзя.
====== Глава 1. Неудачный налет ======
Комментарий к Глава 1. Неудачный налет Внимание, тут у Шифти начинается корявая речь – он гундосит после удара в нос, поэтому некоторые буквы не произносятся и заменяются: “р” – на “г”, “н” – на “д”, “м” – на “б”! Поэтому просим вас не исправлять в этих местах ошибки – ибо, по факту гундоса, их там нет.
Шифти проснулся в холодном поту. Голова его трещала по швам, казалось, что она вот-вот расколется пополам. Енот в шляпе сел на раскладной диван и схватился за голову обеими руками, мучительно пытаясь прогнать эту боль. Чувствуя, что простые посиделки и любительский массаж ему не помогают, он взял с прикроватного столика стакан воды и выпил его залпом. Но и это ни к чему не привело, боль не убавлялась. «Да что же это такое! — подумал Ворюга. — Болит, как будто я вчера ударился своей башкой обо что-то…».
Он принялся вспоминать вчерашний день. Вроде бы с утра он с братом удачно грабанул кондитерский магазин, украв не только сладости, но и приличную сумму денег. Потом они распродали конфеты за еще более крупную сумму бельчонку… Стоп. Вот как раз здесь воспоминания начинали слегка путаться. То ли в этом был виноват ночной кошмар, в котором оба брата, не успев вписаться в разворот из-за небольшой ссоры, врезались в бензоколонку и взорвались, то ли Шифти просто вчера перегрелся на жарком солнце, и его хватил тепловой удар. Как бы то ни было, но с тем самым Натти было что-то не так. Был только один способ проверить свою гипотезу.
Енот встал, размялся и потянулся, отчего все его кости захрустели, как сухарики. Потом он тихонько подошел к общему шкафу, внутри которого был сейф, набрал шифр и приоткрыл тяжелую стальную дверцу. Там лежали деньги. Много денег. Настолько много, что еще давно братья решили использовать сам сейф для «свежей» добычи, а деньги с прошлых набегов прятать в более потайное место на «черный день». Казалось бы, раз в сейфе было так много денег, можно было их и не считать, но Шифти все равно чувствовал какой-то подвох.
Он достал все связки купюр и все монеты из стального шкафчика. Начал с купюр. При этом он попытался вспомнить ту сумму, которую они украли в ларьке, и ту, которую братья получили при распродаже конфет. Получалось, что за налет еноты достали двадцать пять тысяч долларов, а за сбыт украденного товара — около восемнадцати тысяч. Итого в сумме было сорок три тысячи. Плюс-минус пара сотен зеленых.
Быстро перелистав пачки, Ворюга с облегчением убедился, что все-таки его предположение было неправильным. Вздохнув, он уже положил деньги обратно и только собрался закрыть дверцу сейфа, как вдруг почувствовал сильный рывок за голову. Это проснулся Лифти. Кажется, он подумал, что брат собирался прикарманить себе немного денег, и теперь пытался помешать этому.
— Вот какой ты, оказывается, брат, — сказал Хитрюга. — Значит, ты решил меня обобрать и самому все бабки потратить? Вот я тебя за это!
И Шифти, не успевши опомниться, получил хороший удар кулаком в лицо (в частности в нос и по зубам), отчего из ноздрей потекла тонкая струйка крови. Это очень разозлило старшего брата, и он с силой отпихнул Лифти от себя, вскочил и закричал, потирая нос и от этого делая свое произношение корявым:
— Идиот, не собигался я этого дегать! Я пгосто пговегил дашу добычу, а ты, чтоб тебя чегти взяли, тут еще и дегешься ди за что! Да ты здаешь, я тебя за это так отделаю, что тебя бы баба годдая-де уздала!
— Между прочим, — заметил Лифти, ловко уворачиваясь от удара. — Это была бы и твоя мамаша тоже. Так что тебе бы все равно досталось. Только не от меня, а от нее, хе-хе.
