Мы уже дошли до приёмной директора. Холли, пританцовывая, вошла в его кабинет, не забыв напоследок одарить учителя с заячьими зубами ослепительной улыбкой. Они исчезли в кабинете, и дверь захлопнулась с таким грохотом, что мы вздрогнули. Даже лягушка Генри.
– Не понимаю, зачем люди специально издают такие ужасные звуки, – пробормотал я и сел на один из стульев, стоящих в ряд перед кабинетом.
Берта села рядом – её зад с трудом уместился на сиденье.
– Так приятно хлопнуть дверью, когда злишься! Я тоже частенько так делала, когда мама действовала мне на нервы.
– Вот оно что.
Возможно, стоит это попробовать, когда стая Джефри в очередной раз постарается мне насолить. Если повезёт – дверь прищемит волчью лапу или хвост. Мечты, мечты…
Я увидел директора: с холодным непроницаемым лицом он сидел, словно проглотил кол. Рядом стоял бледный учитель, стёкла очков у него были в разводах. Директор не мог даже вставить слово – Холли как раз давала ему важные советы на будущее.
– Знаете, вам нужно проще относиться к жизни, – доверительно проговорила она. – И вытащите наконец кол у себя из желудка. По крайней мере, вы выглядите так, будто его проглотили…
Мы бы с удовольствием послушали ещё – но тут, к сожалению, появился хмурый завхоз с вонючим кульком. Видимо, ему с коллегами наконец-то удалось открыть шкафчик Холли. А это означало, что теперь он обратил внимание на нас:
– Эй вы, вам что, директор назначил встречу?
– Э… да, – ответила Берта, покраснев. – Врать у неё получалось ещё хуже, чем у меня. Я уже начинал опасаться, что от волнения она прямо тут превратится в гризли и у бедного завхоза случится сердечный приступ.
– Вообще-то нам пора, – сказал я и поспешно поднялся.
Это вызвало у завхоза ещё большие подозрения:
– Покажите-ка ваши ученические пропуски.
Я сунул руку в карман, сделав вид, будто ищу свой пропуск, совсем забыв, что там кое-кто прячется.
– Бежим! – сказал я Берте, и мы рванули с места.
Гризли бегают быстро, но пумы ещё быстрее. Я добежал до школьных ворот раньше Берты. Они оказались закрыты, но для нас это не было помехой. Мы перепрыгнули через забор и спрятались за ближайшими баками.
– Всё хорошо, – заметила Берта. – Теперь мы хотя бы знаем, что Холли скоро вернётся в нашу школу.
– Если её раньше кто-нибудь не прибьёт, – усмехнулся я и достал групповой мобильник, чтобы позвонить Тео.
Холли вернулась в тот же вечер – но, увы, без хороших новостей.
– Они хотят меня оставить! Странно, правда? – пожаловалась она за ужином, пальцами расчёсывая свою буйную шевелюру. – Но пока они не нашли для меня какую-нибудь дурацкую приёмную семью, я буду ночевать здесь. Утром меня заберёт один из этих автобусов цвета мочи, а вечером привезёт обратно.
– Я сделаю что смогу, – пообещала ей Лисса Кристалл, проходившая в этот момент с Джеймсом Бриджером мимо нашего стола. – Вся загвоздка в этом опекуне.
– Моя команда номер один выяснила, что у него проблемы с алкоголем – может, сообщить об этом его начальству? – предложил Бриджер.
– Джеймс, ты шутишь! – Удивлённо подняв брови, Лисса Кристалл смотрела на него, а её белые волосы развевались от сквозняка из приоткрытого купола. – Ты и вправду смог бы очернить кого-нибудь перед начальством?
Мой любимый учитель и бровью не повёл:
– А чего ты ожидала, Лисса? Если мы не защитим своих ребят, за нас никто этого не сделает. И мне всё равно, как мы этого добьёмся – если физически никто не пострадает.
Ожесточённо споря, они вернулись за учительский стол. Холли думала только о десерте – манке с корицей, – но мы с Брэндоном, Дорианом и Нелл испуганно переглянулись.
Пока ещё мне не удалось подробно расспросить Холли, но больше я не мог с этим тянуть. Проглотив свой десерт (я уже знал, что тарелку облизывать не принято), я потянул Холли на улицу, к нашему домику на дереве на краю луга.
– Я с вами, – сказал Брэндон, но я, повинуясь чутью, покачал головой. Брэндон тоже был другом Холли, но мне казалось, что она расскажет больше, если мы останемся вдвоём.
